Увидев, чем Борис интересуется, библиотекарь посоветовала ему пройти в библиографический отдел, где вдоль больших шкафов с бесчисленными ящиками тихо, как тени, ходили люди в поисках «своей» книги. А вот и первая находка! Борис тщательно переписал с карточки название: «Террористы и охранка». Авторами книги оказались французские социалисты Жан Лонге и Георгий Зильбер, предисловие написал известный революционер Жан Жорес. Издана была книга книгоиздательством «Прометей» в Москве в 1924 году. Получил он ее только на следующий день, в читальном зале.

Борис уселся за длинный стол, где уже сидели несколько человек, и углубился в чтение книги.

« Правительства всех стран и всех времен в их борьбе против революции никогда не останавливались ни перед какими средствами. Самым бессовестным, самым преступным из этих средств является, несомненно, пользование агентами-провокаторами. Сплошь и рядом в прошлом столетии правители Франции, Германии, Италии прибегали к этому бесчестному средству, чтобы раздавить революционное движение или воспрепятствовать успехам грозных заговоров...»

Российские самодержцы также использовали предателей для подрыва революционного движения. Еще в 1825 году в тайное общество декабристов проник некий Шервуд, который их подло предал, подав докладную записку Александру I. В вознаграждение за свою измену он получил право именоваться впредь, вероятно в насмешку, Шервудом Верным. Характерно, что через несколько лет он был приговорен за мелкое мошенничество к тюремному заключению.

Любопытна история народовольца Сергея Дегаева. Он был рядовым членом партии, однако, обладая от природы безмерным честолюбием, мечтал о высшей руководящей роли. После убийства Александра II, когда наиболее видные члены погибли на виселицах либо оказались в тюрьмах, значение Дегаева выросло. Он предложил партии казнить жандармского подполковника Судейкина, проявившего наибольшее рвение в борьбе с террористами. Покушение не удалось, а вскоре сам Дегаев попал в одесскую тюрьму после ареста нелегальной типографии. Лично допрашивать его приехал из Петербурга сам Судейкин, предложивший при первой же встрече поступить к нему на службу. Дегаев дал согласие, и вскоре ему был организован мнимый побег. Очутившись на свободе, он сразу принимается за новую работу и организует с помощью своего «учителя» многочисленные западни, в которые попадают его товарищи.

Одним из самых страшных злодеяний Дегаева явилось предательство Веры Фигнер, остававшейся на свободе чуть ли не единственной из тех, кто участвовал в заговоре против Александра II. Бесстрашная молодая женщина имела неосторожность сообщить негодяю об одном чрезвычайно важном факте; единственный человек, который мог ее узнать и выдать, был предатель Меркулов. Дегаев решил немедленно воспользоваться этим сведением, которое давало ему такую легкую возможность устроить провал Фигнер, не навлекая при этом на себя никаких подозрений. Он точно разузнал, в какие часы выходит и возвращается она к себе, и все это сообщил Судейкину. Спустя несколько дней Вера Фигнер лицом к лицу столкнулась с Меркуловым и тотчас же была арестована. Дело было сделано «чисто». Ни Фигнер, ни ее друзья не сомневались, что арест этот был следствием несчастного случая.

Между тем у товарищей Дегаева начали возникать подозрения в его предательстве. От разоблачения его пока спасало только то, что все им преданные революционеры находились в тюрьмах. Однако чувствуя, что близится час расплаты, Дегаев попросил отпуск у Судейкина, выехал в Париж и там признался в своем предательстве старым членам партии. Те после долгих и шумных прений решили даровать ему жизнь ввиду искренности признаний, но при одном условии; Дегаев должен немедленно вернуться в Россию и лично организовать покушение на своего сообщника и покровителя Судейкина.

Убийство Судейкина было совершено на квартире Дегаева в декабре 1883 года. За голову Дегаева правительство назначило десять тысяч рублей. Однако ему удалось бежать сначала в Америку, затем в Австралию, где он и умер в довольно преклонном возрасте.

В книге подробно рассказывалось о провокационной роли в рабочем движении полковника Зубатова, попа Гапона, Азефа, по словам авторов — «самого крупного провокатора, какого когда-либо знала Россия и даже Западная Европа», и других.

Читальный зал постепенно пустел. Пора было и Борису расставаться с увлекательной книжкой.

Он шел не торопясь по темным, едва освещенным переулочкам к метро, и перед его мысленным взором вставали зловещие тени прошлого — провокаторы, их хозяева, главари охранки. Называвшие себя верными защитниками самодержавия, они, не задумываясь, посылали на виселицы людей, чтобы только шагнуть на следующую ступеньку служебной карьеры, убивали руками провокаторов мешавших нм «коллег». Ведь практически с ведома и благословения охранки были убиты Плеве, князь Сергей, Столыпин, десятки более мелких государственных чиновников...

Уже более месяца Борис все вечера проводил в «историчке», изучая многочисленную литературу, посвященную страшной деятельности царской жандармерии. Однажды вечером, когда он возвращался из библиотеки, у подъезда дома его встретил Игорь.

— Слушай, у тебя совесть есть? — воскликнул он возмущенно. — Уже целый час тебя жду.

— Ты же знаешь, я в библиотеке был...

— Знаю. И должен тебе сообщить, что терпение нашего кружка готово вот-вот лопнуть.

— Это почему же?

— Ты там чего-то накопал, а с нами не делишься. Это не по-товарищески. Мы тоже хотим знать.