— Какой страшный сон!— подумал он, пытаясь стряхнуть с себя давивший его кошмар.

В это время вблизи вспыхнула тлеющая головня, которая на несколько секунд осветила картину опустошения,— затем все снова погрузилось в непроницаемый мрак. Этих мгновений было достаточно, чтобы возвратить его к действительности.

— Отец!.. Берта!.. — воскликнул Андре в ужасе.

Сообразив, что он спасся от смерти только благодаря недосмотру нападавших, он побоялся, что они вернутся и тогда ему не избежать смерти.

Бежать!.. — мелькнуло у него в голове.— Но куда? Где найти приют? Он приподнялся, но почувствовал сильную слабость и снова в изнеможении опу-

стился на землю.

На небе сверкали тысячи звезд. Знакомый с южными созвездиями, Андре заметил, что на востоке сияние их бледнеет, предвещая скорое наступление дня. Время было дорого. С трудом дополз он до водоема, находившегося в конце двора, и утолил мучившую его жажду, затем разорвал свой платок и, намочив его, обвязал им свою голову.

В это время ему послышались чьи-то приближающиеся шаги, Андре насторожился.

В нескольких шагах он увидел человека, который нагибался и внимательно осматривал трупы убитых.

Притаив дыхание, юноша скрылся за водоем.

Наконец, незнакомец, казалось, устал искать, он остановился и зорко осмотрелся, как бы желая убедиться, что ничего не ускользнуло от его внимания.

Андре послышалось, что кто-то произнес шопотом его имя. Он вздрогнул и прислушался.— „Андре-саиб!"—повторил незнакомец громче. Сердце юноши сильно забилось, и он с трепетом спросил себя:— „Кто это? друг или враг?"

Но сомневаться долее было нельзя.

— Мали! Мали! — вскричал юноша и минуту спустя очутился в объятиях старого укротителя змей.

— Я уже потерял надежду найти тебя, саиб,— сказал старик.

— Мали! Мали!— бормотал юноша, как бы выражая этим именем воскресшую у него надежду на жизнь и спасение.

— Да, саиб, Мали спасет тебя. Я обязан вам жизнью. К сожалению, я не мог отвратить от вас этого несчастия. Весь день провел я на другом

берегу Ганга, в виду Гандапура, и не мог переправиться через реку, чтобы предупредить вас о нападении Нана. Только к ночи удалось мне найти

скрытую в камышах лодку. Я потерял надежду найти в живых кого-нибудь из вас. Лодка ждет нас. Нам надо спешить. С рассветом повстанцы вернутся сюда.

— Бежать!., одному... без отца... без сестры?

— Не знаю, что сталось с ними, — ответил Мали. — Я осмотрел все трупы, но не нашел среди них ни отца, ни сестры твоей.

— Вспомнил! — воскликнул Андре.— Два воина Наны уносили сестру, и когда я бросился к ней на помощь, меня оглушили железной дубиной.

— Если ты видел сестру в живых, то можешь быть спокоен, — утешал юношу Мали. — Я знаю Нана-саиба. Твоя сестра — внучка магаратской

принцессы и потому священна для него. Он будет оказывать ей царские почести, а затем выдаст за какого-нибудь союзного раджу.

— Несчастная Берта!— воскликнул юноша.— Но где же отец мой?

— Если я не ошибаюсь, тело твоего отца брошено в огонь. Разыскивая вас среди пожарища, я видел обгорелый труп, на котором виднелись

остатки европейской одежды.

Эта весть как громом поразила Андре, и он лишился чувств на руках Мали. Старик осторожно опустил его на землю и на минуту задумался.

Затем быстро подошел к одному трупу, снял с него тюрбан и широкий холщевой плащ, и вернувшись к Андре, переодел его в платье индуса.

Ради большей предосторожности, он поджег европейскую одежду юноши и разбросал кругом полуобгорелые лохмотья.

Андре все еще не приходил в себя, и Мали тщетно пытался привести его в чувство. Время было дорого, на востоке уже занималась заря.

Собрав последние силы, старик поднял юношу наплечи и направился к реке.

ГЛАВА VII

ВОСПИТАННИК МАЛИ

В лачуге Мали.— Пробуждение. — Змеи.— Добрая

весть. — Миана и Гануман. — Андре и Сапрани

Жилищем старого укротителя змей был жалкий шалаш. Это ветхое строение состояло из четырех столбов, которые подпирали соломенную крышу,

густо поросшую вьющимися растениями, стенами ему служили бамбуковые циновки, прикрепленные к столбам. В одной из стен находилось отверстие

для входа, завешанное лохмотьями.