Шрифт:
Мэгги вскрикнула, изогнувшись, прижала его голову к груди, пока тело едва не захлестнула приливная волна желания. Она оказалась не готовой к такому всплеску страсти.
— Мэгги, давай уйдем отсюда, — прошептал он, — прямо сейчас. Пойдем со мной. Ты сейчас мне так нужна.
Она кивнула, нуждаясь в нём, чтобы прекратить страшную боль и заполнить пустоту.
— Брандт, я никогда раньше этого не делала, — призналась Мэгги. Она хотела сбросить обороты, что позволило бы ей набраться от него очевидного опыта.
Брандт застыл. Золотистые глаза вспыхнули смесью испуга и жажды.
— Мэгги, ты нетронута? — спросил он потрясённо.
В ту же секунду Мэгги напряглась и отодвинулась.
— Уже нет. — Она с вызовом вздернула подбородок. — Я бы сказала, что ты это изменил.
Ненамеренно он причинил ей боль. Брандт мёртвой хваткой схватил Мэгги за запястье и притянул к себе, несмотря на её сопротивление.
— Мэгги, прости, я не это имел в виду.
— Я прекрасно поняла, что ты имел в виду. Ты бы хотел, чтобы я имела опыт. Очень сожалею, но у меня его нет. Я не нашла человека, которого могла бы так сильно полюбить или настолько им увлечься, чтобы жаждать физической близости. — Она пришла в ярость. Без дураков! Не собираясь защищать перед Брандтом Толбетом свою нравственность, Мэгги отвернулась от него и от этой жалкой деревушки.
Брандт понял, Мэгги хотела на него разозлиться. Внушала себе это, но глаза блестели от непролитых слёз. И если они всё же прольются, он бы хотел поцелуями поймать каждую каплю. Игнорируя слабые попытки борьбы, он умышленно притянул её к себе за руку.
— Как ты могла подумать, что мне бы хотелось, чтобы другой мужчина прибрал тебя к рукам? Прикасался к тебе? — Обняв, он прижал её к себе, уткнувшись подбородком в макушку. — Последнее во что я бы хотел поверить, даже на секунду, что ты так кем-то заинтересовалась, что захотела с ним заняться любовью. — Он поцеловал её в висок. — Только о тебе я беспокоился. Тебе следовало сразу же мне сказать. То, что ты чувствуешь – это обоюдно. Я мог бы потерять контроль. А мне с тобой нужно проявлять большую осторожность. — Прижав к себе, он ждал, когда напряжение покинет её тело. Брандт начинал узнавать Мэгги. Она могла на него разозлиться, но быстро отходила.
Чтобы посмотреть на него, Мэгги отклонилась. И тотчас осознала свою ошибку. Тёмные с поволокой глаза заставляли её плавиться, волновали до глубины души. Она покачала головой, понимая, что уже слишком поздно. Обида, гнев понемногу стихали, а внутренности превращались в желе. Глубоко вздохнув и медленно выдохнув, она усилием воли отвела алчущий взгляд от его гипнотического взора.
— Отведи меня в деревню. Я хочу увидеть, какая она.
Ей просто необходимо хоть немного личного пространства. Хотя бы небольшая видимость нормальной жизни. Да и не помешала бы передышка от постоянных вспышек сексуальной энергии.
Он задумчиво потёр переносицу.
— Ладно, мы пойдем, но только учти, я на грани, как самец леопарда, когда самка ...
В ярости она замотала головой, метая искры из глаз.
— Не смей говорить, что у меня эструс. У меня нет течки! — Мэгги покраснела как маков цвет и отступила подальше от соблазна мужского тела. — Что за чушь! — Хотя она и сама так думала. Все признаки кошки в период эструса на лицо, но Брандт произнёс это вслух, что унизительно. Внезапно её глаза распахнулись, а рука потянулась к горлу.
— Минуточку. Ты хочешь сказать, я могу забеременеть? Это так? У меня овуляция, и я хочу заняться сексом, потому что я могу зачать?
Она отскочила от него как от заразы. А когда Брандт последовал за ней, указала на него пальцем.
— Стой там, подальше от меня. Как можно дальше.
Он улыбался, и Мэгги поняла, что смотрит на его губы, как заворожённая. Заинтригованная. Несмотря на намерения быть серьёзной, она улыбнулась в ответ.
— Это не смешно. Оставайся там, где стоишь, на безопасном расстоянии и объясни. Ле…— «Как, чёрт возьми, они себя называют?» — Люди-леопарды занимаются сексом, только когда у самок овуляция?
Брандт расхохотался.
— Мэгги, ты выглядишь разочарованной, чему я рад. Нет, мы очень любвеобильная раса и часто занимаемся любовью. Но, да, когда у нашей пары приближается время овуляции, потребность становится значительно интенсивней. И секс может быть грубым. Именно поэтому меня обеспокоил тот факт, что ты девственница, а не потому, что мне это не по вкусу. — По Мэгги скользил горячий собственнический взгляд. — Мы с этим разберёмся.
— Не надо ни с чем разбираться! Ты даже близко ко мне не подойдёшь! Я не залечу. Нет! Так что можешь перестать так на меня пялиться. Если у тебя есть полная коробка презервативов, то можешь о ней забыть. — Она ощущала себя дикой, расстроенной и очень возбужденной. Гормоны бушевали, вышли из-под контроля. Стало жаль каждую кошку, с которой она когда-либо сталкивалась.
— Ты вообще собирался об этом мне рассказать?
— Со временем. Я не спешу, позволяя тебе привыкнуть к мысли, кто ты есть на самом деле. Это накладывает определённую ответственность. — Он пожал широкими плечами, и она чуть не застонала, так аппетитно при этом перекатывались мышцы.
— Вот именно.
Она сверлила его взглядом, желая броситься в его объятия и умолять сорвать с неё одежду. Деревня единственное безопасное место. Они должны находиться среди людей, а не наедине в экзотическом дождевом лесу среди цветов и деревьев и пылкими желаниями, омывающими чувства.