А.С. Они действительно воевали? Небольшой экскурс в историю, что бы вы поняли, почему я спрашиваю: Как теперь известно, Харбин это было единственное место, где части армии Маньчжоу-Го, поддержали восстание и воевали против японцев. Вся остальная маньчжурская армия в подавляющем большинстве просто разбежалась. Факт же участия в войне против японцев боевой авиации Маньчжоу-Го вообще известен мало (наоборот известны 'за'), а многие на Западе считают его пропагандистской выдумкой и ставят под сомнение.

И.Г. Ну, сказать, что все маньчжурские части в Харбине поддержали восстание, было бы преувеличением (те же жандармы воевали за японцев). Что же касаемо армейцев, то тут правильнее будет говорить, что восстание поддержали кто-то из рядового состава, ну а своих офицеров по большей части перебили.

Что же до лётчиков, то они действительно воевали. Совместно с нашим полком они сделали несколько боевых вылетов, а потом на боевые задания летали самостоятельно. Насколько часто, я конечно не могу сказать. Они сбили, как минимум один японский самолёт. Я знаю это точно, потому что произошло это на моих глазах.

А.С. Очень интересно! Поподробнее можно?

И.Г. Нам где-то за день сообщили, что мы должны совершить несколько совместных вылетов с маньчжурскими союзниками. Вот Новосёлов меня на эти совместные вылеты командиром и назначил. Я не хотел, честно, и попробовал отказаться. Когда же это не удалось, я его спросил, что мне делать, если из маньчжур кто-нибудь решит к японцам перелететь, можно ли мне его сбивать? Новосёлов и говорит: 'Если кто-то из них попытается на вас напасть - бей его безжалостно! Вот такой тебе приказ! А попытается убежать, так пусть бежит - то не твоя забота!..'

На следующий день они к нам прилетели на аэродром.

А.С. Это вы всё ещё в Харбине стояли?

И.Г. Нет, это мы уже стояли в Мукдене, когда японцев уже отбили и гнали к Жёлтому морю. Вот тогда они к нам на аэродром и прилетели. 12 'Хаябус', по нашему эскадрилья. Точнее 'двенадцать и один', потому как майор, который ими командовал, прилетел на своём персональном истребителе, который в состав этой эскадрильи не входил. С ними и звено Ли-2 с их техсоставом. "Дугласы" уже наши, советские. Скажу сразу, никто из маньчжур к японцам перебежать не пытался - все честно и храбро воевали. Все наши совместные вылеты были по одной схеме - 'шестёрка' их и 'шестёрка' нас. Они шли в 'тройках' на 1,5 тысячах, а мы в 'парах' - метров на 500-600 повыше.

А.С. Они, что, 'тройками' летали?

И.Г. Угу, совершенно устаревшая тактика. Впрочем, в тех вылетах это особой роли не играло. Правда, уже в последнем совместном вылете они тоже перешли на строй 'пар'. У нас научились.

И ещё - их майор, точнее уже полковник (к нам в полк он прилетел уже в новом звании) вообще летел отдельно. В одиночку, без ведомого и вне общего строя. На мой взгляд, очень самонадеянное поведение, но летал он именно так. Я думаю, что он так своим лётчикам уверенность в собственных силах и мастерстве демонстрировал.

А.С. Это как?!

И.Г. А вот так - идут две 'тройки', а он шёл метров на 400 выше их и оттягивался в сторону противоположную солнцу. Кстати, 'полкан' этот действительно оказался отличным лётчиком - ту неделю, что они стояли на нашем аэродроме, у них утро начиналось с того, что этот полковник взлетал и минут 10-15 'крутил' на своём персональном истребителе в небе пилотаж. Видать было это у него вместо утренней зарядки. Надо сказать, 'крутил' очень хорошо, что сразу выдавало опытного пилота.

А.С. Как я понял, эти совместные вылеты были 'с бомбами'?

И.Г. Ну, да. И у них, и у нас - с 'сотками'.

А.С. А как бы вы оценили их индивидуальную подготовку?

И.Г. В среднем, наша безусловно была лучше. Как пилотажники маньчжуры были неплохи, но по части тактики - полная дремучесть. Я видел один воздушный бой, что провели маньчжурские лётчики и, на мой взгляд, ничего интересного они в нём не показали. Обычная свалка - ни строя, ни организации. Хотя их полковник, как лётчик-истребитель, был безусловно 'на высоте'. Он у меня на глазах японский истребитель сбил. Такой же 'Хаябуса' как тот, на котором он летал.

У меня первый день с ними очень интересный был. Как я уже сказал, каждое утро у маньчжурского полковника начиналось с того, что он 'прогонял' свой пилотажный комплекс. Так же было и в этот день. Все летчики, и наши, и их, к тому времени уже были на аэродроме, его акробатику видели во всех подробностях. И вот, стоят маньчжуры, смотрят как их полковник в небе 'петли крутит', довольно цокают языками и на нас с гордостью поглядывают. Смотрю Новоселов потихоньку 'заводится'. Я ему: 'Тащ майор, разрешите союзникам возможности 'яка' продемонстрировать? Только пусть мне 'удалого' дадут и заправят не больше, чем на четверть...' Новоселов немножко подумал и говорит: 'Давай! Только что бы мне, у-ух!..' - и кулак показывает.