– Подходим, – прервал поток мыслей Рранг. – Вон Первый Северный… В казематах жгут свечки. Отпугивают, дурни!

Одноглазый вышел на палубу, отдавал последние распоряжения артиллеристам. Здесь, на «Альбатросе», в основном были белоглазые. Остальные мутанты, около тысячи – силища! – шли на баржах, жадно цепляя глазами непроглядную ночную тьму. Всем хотелось битвы, крови избиваемых врагов и безудержного грабежа. Красивые девки, оружие, золото, продовольствие… По праву победителя береговая братва сегодня получит все! Ну и немножко поделиться с белоглазыми, если те заслужат.

Приподнятый нос корвета ритмично разрезал волны. Неподалеку от форта Рранг перевел судовую машину на самый малый ход. Пушкари развернули пушки.

Подавить форт одним залпом, с ходу подойти к причалу и высадить десант – все это нужно было проделать быстро, умело… как всегда.

– Приготовились…

Пушкари «Альбатроса» не успели сделать ни единого выстрела. В один миг весь берег озарился невероятно яркой вспышкой. Прожекторы! Сотни прожекторов зажглись разом, слепя армаду врагов. И тотчас же загрохотали пушки!

Подкалиберные снаряды поставленных на прямую наводку зенитных орудий пробивали борта кораблей, словно картон. Корпус «Альбатроса» был изрешечен буквально в секунды. Даже в бронированной рубке не нашлось спасенья – несколько снарядов угодило и туда, покрошив все осколками. Хорошо, капитан успел выскочить на палубу в самом начале канонады. Выскочил, прыгнул в покачивающуюся у борта шлюпку и со всей поспешностью отвалил в промозглую тьму. И вовремя! Зенитки достали баки с горючим… Вот это был фейерверк!!!

Грохнуло так, что у всех – у нападающих, и у обороняющихся – заложило уши. Корабль дернулся, подскочил на волнах и, переломясь пополам, быстро пошел ко дну, закручивая пенные воронки.

О баржах и говорить было нечего. Их слабосильные, кое-как чиненные двигатели даже не успели дать задний ход. А дальше началась уже не война – избиение. Винтовка Мосина – сила убойная, особенно когда их около тысячи штук. Тяжелые пули трехлинеек прошивали баржи насквозь. Но это было еще полбеды; беда настала, когда на ржавые десантные суда переключились зенитки и Спайдер.

Очумевшие от грохота и безысходности вражины прыгали в студеную воду, надеясь добраться до берега, – на корабли уже надежды не было. Многие тонули. Но кто-то добрался до волнолома – освещенные белым светом прожекторов смешные черные фигурки, мишени в тире. Их выбивали винтовками, косили пулеметными очередями. Пленных не брали и не жалели никого. Пусть все, что происходит сейчас, послужит береговым мутантам хорошим уроком на будущее. У кого оно будет.

– Победа! – подтаскивая тяжелый снаряд, радостно сверкал глазами Рэм. – Эти твари умылись кровью. Здорово Кир все рассчитал…

– А Лекса? – прицеливаясь, Николенька-Ники любовно погладил орудие по лафету. – Если б не ее черное Поле…

– Все равно отбились бы! – убежденно промолвил рыжий. – Вон винтовок сколько. А баржи эти – тьфу!

– Уши закрой, ага… Огонь!!! Нате!

Установленная на четырехколесном лафете пушка подпрыгнула, изрыгнув очередную порцию смерти. Правда, палить уже было не в кого. Самый опасный корабль пошел ко дну, туда же медленно опускались две баржи, а еще пару гнал в открытое море вдруг поднявшийся ветер. Белоглазые и береговые муты получили достойный отпор.

– И все же, думаю, зимой они вернутся, – устало усевшись на корточки, промолвил Рэм. – Обязательно захотят отомстить, подберутся по льду.

– Не так это просто сделать, – Ники зябко поежился и застегнул бушлат. – У нас теперь – зенитки. И Спайдер. Да и сами мы кое-чему научились, верно?

На кладбище отдавали последние почести погибшим героям. Маленькому часовому Пашке, Дэму, Симотре и многим другим. В их числе – и командору Стефану, и Дайне. «В целях пропаганды», как сказала Алексия, сделали героями всех и своих, и тех, кто считался своими. Зачем сеять сомнения в юные кронштадтские души? Правду знали лишь те, кому надо, ну а остальным не обязательно. Пусть лучше радуются победе да новых героев чествуют. И службу свою несут, как полагается, – с достоинством и честью.

На стылую землю падал мокрый снег пополам с дождем, и снежинки таяли на разгоряченных лицах. Кто-то произносил траурные речи. Кто-то из молодых даже всплакнул. Потом грянул прощальный салют – почетный караул дал залп в серое ноябрьское небо. Словно хотел расстрелять облака, прогнать приближавшуюся зиму. А зима обещала быть трудной.

В честь славной победы Совет Выживших давал бал. Настоящей звездой его оказалась Алексия. В шикарном переливающемся платье из тонкого темно-голубого шелка, с голыми плечами и спиной, девушка танцевала со всеми. С первым заместителем председателя Совета Балтазаром, с Николенькой, с рыжим Рэмом, еще с какими-то незнакомыми парнями… Не отказывала никому. Был бы на балу Спайдер – пригласила бы его самолично, то-то погрохотали бы гусеницами! Просто настроение такое было – хотелось развеяться и даже кое-что позабыть.