На корточках подполз к стене, о которую облокотился спиной. Фойе заполнил тёмный дым, огонь охватил лишь несколько кресел для посетителей. Мраморный пол устилали сотни острых осколков от отскоблившегося зеркального потолка и вылетевших стеклянных дверей. Врагов не видно, наверняка обдумывают, погиб я или нет.

«Колоски» во мне проделывали лихорадочную работу. Сращивали кости и восстанавливали лопнувшие барабанные перепонки. Двигаться сейчас самоубийству подобно. Да и не мог я – жуткая усталость охватила тело, да и ноги уже не держали.

Лёгкая мишень. Подойти и выстрелить в голову.

Так и есть. Трое мужчин в противогазах вышли из дыма, осторожно ступая по осколкам. Пальцы в кожаных перчатках удерживали «калаши», направленные в сторону пьедестала. Значит, меня пока не видели. Даст лишние секунд тридцать. Но этого не хватит, чтобы вылечить раздробленную руку. Я попытался наладить щит, за что тут же поплатился. В голове померкло, сознание расплывалось и падало в глубокий колодец. Едва удержался, чтобы не провалиться в обморок.

– Где эта падаль? – послышался глухой мужской голос из противогаза. – Ванёк, ты что-нибудь видишь?

– Да по кускам разнесло, - отвечал Ванёк, поднимая автомат вверх. – Не мог он пережить такой взрыв…

– Ты хоть знаешь, кто он? – фыркнул третий наёмник. – Грёбаный нанопанк! Я встречался с подобными типами на прошлой работе. Ни хрена не берёт, ни пуля и ни нож…

– Вот он! – вскрикнул Ванёк. – Там, возле стены… Целый и невредимый!

– Я сам мозги вышибу, - буркнул первый наёмник. – Стойте здесь, охраняйте периметр! Эта сволочь уложила дюжину наших…

«Как будто тебе есть до них дело какое-то!» - с горькой усмешкой подумал я.

Мужчина направился ко мне быстрым размашистым шагом, опустив ствол «калаша». Правильно, чего бояться. Раненый нанопанк. Подавать к столу не прожаренным с кровью…

Слух уже восстановился. Я слышал треск стёкол под военными ботинками. Наёмник остановился в полушаге и направил ствол мне в голову. В тёмных линзах противогаза отражалось моё невозмутимое лицо. Хобот дёрнулся, отчего резко захотелось заржать во весь голос. До чего же забавная ситуация! Я умру от рук слоноподобной гориллы с автоматом.

– Чего ждёшь? – бросил я. – Благословения?

Кость в руке ещё далека до восстановления. Ещё минуты три хотя бы… Умирать так с музыкой!

– Сук…

Договорить наёмник не успел. Что-то невидимое подхватило его в воздух и подбросило к потолку как тряпичную куклу. Горемыка успел издать жалобный вопль и выронить автомат. Оружие подкатилось к моим ногам, чем я не преминул воспользоваться. Чертовски везёт сегодня! Пальцы здоровой руки взялись за рукоятку и развернули в сторону оставшихся людей.

Наёмник грохнулся на мраморный пол. Руки и ноги вывернуты в разные стороны, голова разбита в хлам в прямом смысле: в черепной коробке огромное отверстие с вытекшим мозговым веществом. Противогаз слетел с головы во время печального полёта…

Я выстрелил, с трудом удерживая непокорный «калаш» в левой руке. Отдача такая, словно стреляю из артиллерийской пушки! Как же я ослабел…

Одного из наёмников убило сразу, продырявив незащищённую бронежилетом область шеи. Другой, по-видимому тот самый Ванёк, упал на пол и сделал изящный кувырок в сторону. Неплохо. Знает толк в военном искусстве.

Рука предательски дрогнула. Автомат выскользнул из пальцев. Впрочем, это всё равно ничего не решало. Проклятый пьедестал скрывал из виду врага, который мог подкрасться с любого бока.

И в точку. Выстрел автомата пробил здоровенную брешь над моей головой. Волосы засыпало сухой щебёнкой.

Глаза озарил слепящий свет. Я прикрыл лицо рукой. Жуткий вопль потряс стены фойе.

– Как ты, чел? Всё в ажуре?

Голос оказался знакомым, с лёгким акцентом. Я сфокусировал взгляд на лице с узким разрезом глаз. Лицо вспотевшее, жилки на лбу пульсируют. Рот обнажает ровный ряд жемчужных зубов. Лыбится так, словно только что выиграл золотую медаль.

– Алишер! – вскрикнул я, стараясь сдержать порыв гнева. – Какого хрена ты здесь забыл? Я же сказал – сиди в бункере! Кто остался с пленником?

– Не за что, - фыркнул узбек. Улыбка испарилась, словно капля воды под жаром солнца. – Я тебе между прочим счас жизнь спас.

– Открыл Америку, - бросил я, осторожно разгибая пальцы сломанной руки. – Но я тебя об этом не просил! Каков приказ был, а? Не слышу!

– Иди ты в пень!..

Алишер кинул мне энергетический батончик. Я сдёрнул обёртку и мигом заглотил содержимое. Наниты с жадностью набросились на калории, поглощая энергию. Я с наслаждением пошевелил рукой. Зажило. И усталость рукой сняло.