Но мимо проходила ты, —

Среди болот хранил я думы,

И этой мертвой красоты

В душе остался след угрюмый.

21 сентября 1901

Встану я в утро туманное,

Солнце ударит в лицо.

Ты ли, подруга желанная,

Всходишь ко мне на крыльцо?

Настежь ворота тяжелые!

Ветром пахнуло в окно!

Песни такие веселые

Не раздавались давно!

С ними и в утро туманное

Солнце и ветер в лицо!

С ними подруга желанная

Всходит ко мне на крыльцо!

3 октября 1901

Снова ближе вечерние тени,

Ясный день догорает вдали.

Снова сонмы нездешних видений

Всколыхнулись – плывут – подошли.

Что же ты на великую встречу

Не вскрываешь свои глубины?

Или чуешь иного предтечу

Несомненной и близкой весны?

Чуть во мраке светильник завижу,

Поднимусь и, не глядя, лечу.

Ты ж и в сумраке, милая, ближе

К неподвижному жизни ключу.

14 октября 1901

Хранила я среди младых созвучий

Задумчивый и нежный образ дня.

Вот дунул вихрь, поднялся прах летучий,

И солнца нет, и сумрак вкруг меня.

Но в келье – май, и я живу, незрима,

Одна, в цветах, и жду другой весны.

Идите прочь – я чую серафима,

Мне чужды здесь земные ваши сны.

Идите прочь, скитальцы, дети, боги!

Я расцвету еще в последний день,

Мои мечты – священные чертоги,

Моя любовь – немеющая тень.

17 октября 1901

Скрипнула дверь. Задрожала рука.

Вышла я в улицы сонные.

Там, в поднебесьи, идут облака

Через туман озаренные.

С ними – знакомое, слышу, вослед…

Нынче ли сердце пробудится?

Новой ли, прошлой ли жизни ответ,

Вместе ли оба почудятся?

Если бы злое несли облака,

Сердце мое не дрожало бы…

Скрипнула дверь. Задрожала рука.

Слезы. И песни. И жалобы.

3 ноября 1901

Зарево белое, желтое, красное,

Крики и звон вдалеке.

Ты не обманешь, тревога напрасная,

Вижу огни на реке.

Заревом ярким и поздними криками

Ты не разрушишь мечты.

Смотрится призрак очами великими

Из-за людской суеты.

Смертью твоею натешу лишь взоры я,

Жги же свои корабли!

Вот они – тихие, светлые, скорые —

Мчатся ко мне издали.

6 ноября 1901

Я ли пишу, или ты из могилы

Выслала юность свою, —

Прежними розами призрак мне милый

Я, как тогда, обовью.

Если умру – перелетные птицы

Призрак развеют, шутя.

Скажешь и ты, разбирая страницы:

«Божье то было дитя».

21 ноября 1901

Жду я холодного дня,

Сумерек серых я жду.

Замерло сердце, звеня:

Ты говорила: «Приду, —

Жди на распутьи – вдали

Людных и ярких дорог,

Чтобы с величьем земли

Ты разлучиться не мог.

Тихо приду и замру,

Как твое сердце, звеня,

Двери тебе отопру

В сумерках зимнего дня».

21 ноября 1901

Будет день – и свершится великое,

Чую в будущем подвиг души.

Ты – другая, немая, безликая,

Притаилась, колдуешь в тиши.

Но во что обратишься – не ведаю,

И не знаешь ты, буду ли твой,

А уж Там веселятся победою

Над единой и страшной душой.

23 ноября 1901

Я долго ждал – ты вышла поздно,

Но в ожиданьи ожил дух,

Ложился сумрак, но бесслезно

Я напрягал и взор, и слух.

Когда же первый вспыхнул пламень,

И слово к небу понеслось, —

Разбился лед, последний камень

Упал, – и сердце занялось.

Ты в белой вьюге, в снежном стоне

Опять волшебницей всплыла,

И в вечном свете, в вечном звоне

Церквей смешались купола.