Эрик бросил на меня вопросительный взгляд, все признаки флирта исчезли. Я покачала головой и сосредоточилась на Адель.

— Адель? — она подняла голову, ее голубые глаза были полны слез. — Что не так? Что случилось?

Она покачала головой и прижала руку к губам.

— Я должна поговорить с Ремингтоном. Пожалуйста... Господи... Эрик?

Имени Эрика, произнесенного надломленным шепотом, оказалось достаточно, чтобы он резко развернул машину на пустой сельской дороге и помчался в обратном направлении.

Как только машина остановилась перед замком, Адель выпрыгнула из нее и побежала к двери. Я взяла Адриана на руки и последовала за Адель вместе с Эриком, который держал зонтик над нашими головами. Уложив Адриана на ближайший диван в гостиной, я поспешила в кабинет.

Адель мерила шагами кабинет, заламывая руки, а Ремингтон сидел в своем вращающемся кресле, наморщив лоб в недоумении.

— Что происходит? — задал он вопрос, перевел взгляд с Адель на Эрика и на меня, а затем снова посмотрел на Адель.

Когда она не ответила, Ремингтон встал, прошел к встроенному шкафу и плеснул в бокал какого-то спиртного из графина. Вернулся обратно и вложил бокал ей в руки.

— Выпей, — мягко приказал он.

Она выполнила приказ, затем часто заморгала и ее глаза еще сильнее увлажнились. Черт, видимо, он налил ей что-то очень крепкое. Но, похоже, это дало ей необходимый толчок. Она выпрямила спину, но когда уже собиралась заговорить, на столе Ремингтона зазвонил телефон.

Я прикоснулась к руке Адель, привлекая ее внимание.

— Иди, сядь вот сюда, — я поставила для нее стул возле стола Ремингтона, пока он разбирался со своим звонком.

— Что, черт возьми, ты хочешь? — Ремингтон в буквальном смысле прорычал эти слова в трубку.

Мне сразу же стало жаль того, с кем он разговаривал.

Он стоял спиной к нам, поэтому я не видела его лицо. Он провел напряженными пальцами по волосам, и его рука замерла на затылке.

— Калеб? — его голос звучал шокировано. — Что случилось?

Адель поерзала на стуле. Несколько волосков выбились из ее идеальной прически и она теребила край своей блузки.

Когда Ремингтон закончил разговаривать, он повесил трубку, но не повернулся к нам. Я обошла его и встала перед ним.

— Милый, что случилось? — спросила я и встретилась с его шокированным взглядом.

— Я должен лететь в Лондон.

Лондон? С его матерью все в порядке? Или с братом? По телефону Ремингтон назвал имя брата, о котором рассказывал в музее некоторое время назад.

— Когда?

— Калеба забрали в больницу этим утром. Врачи все еще берут анализы, но они предполагают, что его почки не работают, как следует.

— Ты полетишь в Лондон, чтобы навестить его? — спросила Адель, вложив так много надежды в это простое предложение.

Он бросил взгляд на Адель и кивнул.

— Господи, спасибо, — прошептала она себе под нос. — Ты нужен ему.

Ты нужен ему? Откуда она знает? И почему она так заинтересована в этой ситуации?

Поскольку Ремингтон погрузился в размышления, полагаю, он не услышал то, что она сказала. Но несколько секунд спустя он нахмурился, затем повернулся к ней и в его глазах светились тысячи вопросов.

— Ты знакома с ним? Ты знаешь Калеба?

Адель кивнула, вытирая мокрые щеки тыльной стороной ладони.

— Калеб... он мой брат.

Ремингтон

Биение пульса глухо отдавалось в ушах, зрение стало размытым.

— Что ты только что сказала? — неужели шок, вызванный тем, что я услышал по телефону голос отца, повредил мне слух? Конечно же, ведь впервые за последние двадцать лет он догадался позвонить мне. И самое ужасное, что это была вовсе не его идея. Калеб попросил позвонить мне. Возможно, даже заставил его сделать это.

Я попытался обуздать гнев, вызванный мыслями об отце, и сосредоточился на неотложных вопросах.

— Ты нас не оставишь, Эрик?

Он кивнул, бросил обеспокоенный взгляд на Адель, затем развернулся и вышел.

— Калеб — мой брат, — сказала она тихим голосом.

Я покинул объятья Селены и направился к Адель.

Она смотрела на меня покрасневшими глазами, словно просила понять ее.

— Я твоя сводная сестра, Ремингтон.

Сила этих слов ударила меня прямо в грудь.