– Вы собираетесь перевернуть мир именно здесь? – усмехнулся Александр, обведя скептическим взглядом стены мастерской. – Вы уверены, что взрывы бомб командэра Юлиуса не повредили ваш рассудок?

– Дурак ты, Сашок. Я подарю тебе то, что сделает твою империю всесильной. Во всяком случае поначалу, пока будет держаться монополия на моё изобретение.

– А у вашего изобретения есть имя?

– Да, я уже подумал над этим. Назовём его «Хлыст для „Августейшей династии“». По его прямому предназначению. Но если ты хочешь знать, как будет называться в целом направление, которое я вам укажу, то имя ему – самолёт!

– Как-то неубедительно, – чтобы не оскорбить Смородина не сдержавшейся улыбкой, Александр поспешно отвернулся. – Вы это на ходу сочинили?

В ответ Миша проворчал что-то невразумительное и, черкнув на снегу ещё пару прямых линий, пробормотал:

– Чертежи бы… на глаз такие вещи не делаются… но почему бы нет? Всё, что нужно знать – я знаю! Аэродинамика – это моя первая любовь! Инструмент есть, руки есть… со временем не очень… но если постараться…

– Святой Иезус, вы уже заговариваетесь! – посмотрел на него с жалостью наследник.

– Помолчи, – оборвал его Миша.

Александр ответил скептическим взглядом и, взглянув в сторону горного хребта, произнёс, не скрывая тревоги:

– Будет метель. Если боцман с вашими аэронавтами не успеют вернуться, то им придётся довольно трудно.

Не услыхав ничего в ответ, наследник удивлённо обернулся.

– Вы меня слышите, флагман? Я говорю, что пурга в горах представляет серьёзную опасность. Вы не волнуетесь за своих аэронавтов?

Не удостоившись ответа и на этот раз, Александр наморщил лоб:

– Зачем вам двигатель?

– Затем, чтобы двигаться, – поглощённый собственными мыслями, хмыкнул Смородин. – Сашок, а на сколько хватает одного баллона?

– Всё зависит от частоты оборотов. Если дирижабль летит по ветру, и двигатели нужны только для удержания курса, то надолго. Бывает, что и на весь полёт. А если против ветра или в бою, то и на час не хватит.

– Ну, а если с открытым полностью вентилем, да выжимать из двигателя всё, что можно, то…?

– Полчаса.

– Угу… – задумался Смородин. – Одним баллоном явно не отделаться… но если увеличить площадь крыльев, то втиснем столько, сколько нужно… а сколько нужно? Сашок, подскажи расстояние до моря?

– И это у меня спрашивает флагман? – отпустил шпильку Александр, но, перехватив нервный взгляд Миши, поспешно добавил: – Не более трёхсот километров, если вы имеете в виду путь вдоль берега Дуная. Понятное дело, что на дирижабле значительно короче.

– Немало… – расстроился Смородин. – Хотя и не так уж и много! Ну что ты на меня смотришь? Главное – начать, а там уж как-нибудь закончим! А то чем больше думаешь, тем страшнее. Всё, что нам понадобится, я вытащу на центр мастерской. И ещё! Не отвлекайте меня дурацкими вопросами. Делайте, что я говорю, а там сами всё увидите.

Миша бросил взгляд на скрытые свинцовыми облаками верхушки гор и подумал, что, пожалуй, князь прав – скоро снежный буран спустится вниз и накроет плато непроницаемой стеной. Стефану лучше бы поторопиться. Затем, закатав рукава, он взялся за дело.

Ветер через тонкую стену выл всё громче и громче. Неплотно закрытые ворота ходили ходуном, с треском ударяясь о дверной косяк. Сквозь пробитую взрывом крышу ещё с час можно было наблюдать темнеющее небо, затем оттуда повалил снег. Но Смородин этого не замечал. Он был полностью поглощён работой.

– Вот! – ткнул он в руки Александру выпиленный из фанеры аэродинамический профиль. – Это нервюра. Когда придут остальные бездельники, сделаете по её шаблону таких ещё три десятка. А пока займёмся фюзеляжем.

Овцы беспокойно блеяли, чувствуя разразившуюся непогоду. За тонким стеклом вьюга набирала силу, вращая тонны снега в неистовом круговороте. Её тяжёлые волны ударяли в стены, сотрясая мастерскую в судорожных конвульсиях. Миша поёжился от пробравшегося внутрь холода и, подав наследнику рубанок, деловито бросил:

– Погрейся! Судя по виденным мною ложкам, у тебя тоже руки не из задницы. Сгоняй стружку, пока не сделаешь рейки в два пальца шириной. А я вырежу выкройки.

Он размотал рулон с перкалью и, вооружившись ножницами, прикинул на глаз объём работ, затем уверенно сделал первый надрез. Получилось неплохо, и Смородин принялся увлечённо кромсать тонкую ткань.

– Натянем, обошьём, прибьём по каркасу, – разговаривал он сам с собой, не обращая внимания на беспокойные взгляды Александра. – Глядишь, и расправит крылья наша птичка. Жаль, нет у нас стальных тросов для рулевых тяг. Придётся делать жёсткие, из деревянных реек. Тяжеловато будет… зато надёжно! Что молчишь, Сашок? Говорю, надёжность нам не помешает?