– Ага, - я перерисовала картинку, увенчав ту Розой Ветров.
– Теперь нам нужно звучное название. Что за фирма без бренда? Красную Армию не предлагать, - предупредила я распахнувшего пасть ирха.

– А ВКП(б) - тоже?
– осторожно уточнил тот, и, получив мой утвердительный кивок в сочетании с кулаком и гримасой 'оторву кому-то хвост', подчёркнуто огорчённо вздохнул и призадумался.

– О!
– вдруг вскинул голову он.
– А если 'Объединённое картографическое общество'? Мы ж всё-таки разных рас, - обосновал Чип своё предложение.

– Длинно и скучно. Лучше что-то смысловое, вроде 'Сусанин и ко', только не дискредитирующее наше предприятие дурными ассоциациями.

– Хм...
– Чип почесал подбородок.
– На выбор, фамилии: Кук, Лаперуз... нет, Лаперуза нафиг - плохо кончил... Крузенштерн, Белинсгаузен, Нансен... Нансен... Слушай, может, 'Фрам'?

– А может что-то, понятное всем?
– предложила я.
– Что-то вроде 'Исследователи' и так далее? 'Хардкорные карты'... Хм... 'Карткор', как тебе?

– Как название порносайта, - честно признался ирх.

– А 'хардкарт'?
– переиначила я.

– Лучше, но всё равно вызывает нездоровые ассоциации в моём примитивном мозгу, - Чип виновато развёл лапами.

– Ладно, гордое название придумаем позже, а сейчас лучше вернуться к нашей рекламной акции.

Под конец мероприятия у нас с Чипом образовалась поистине фантастическая сумма в шестьсот пятьдесят золотых монет, и это не считая полученного за нейтрализацию опасного рецидивиста Терна. Лишь два продавца из опрошенных отказались увековечить себя на карте: приезжий торговец-ирх, чья палатка была временной постройкой, и сварливый старый куст, единственный на всём Древе торговавший ювелирными украшениями. Несмотря на немалую стоимость своего товара, сильвари категорически отказался отдавать хоть одну монету 'неизвестной паре прощелыг'.

– Скоро старый упырь пожалеет, что зажал золотишко, - недобро предрекла я.
– Когда одумается - не меньше трёхсот монет с него стряхнём.

– Триста?
– Чип пренебрежительно задрал губу, продемонстрировав клык длиной с мой палец.
– За триста мы только согласимся его выслушать...
– он продемонстрировал мне пометку у ювелирной лавки: 'лавка Пиериса, ювелира. Крайне скудный выбор товаров вкупе с завышенными более чем вдвое ценами вряд ли вызовет интерес у гостей и жителей Древа'.

– Может, добавить что?
– задумчиво протянул он.
– Кстати. А с чего он передумать вообще должен? Ну, этот пень трухлявый?
– ирх пренебрежительно ткнул персом себе за спину.

– Не могу рассказать, военная тайна. Хотя... Дай номер комма, за пределами игры ограничения нет.

Ирх на пару секунд задумался, а потом как-то неуверенно кивнул.

– Только у меня камера навернулась, - предупредил он.
– Всё никак руки не доходят починить.

– Лесом камеру, можно вообще почтой воспользоваться, но голосом быстрее. Ты даже из капсулы не вылезай, просто выходи из полного погружения.

Через пару минут я уже рассказывала Чипу о расколе в верхушке наших народов, зацепке по местному главгаду и о грядущем посольстве с логичным последующим открытием границ для игроков других рас.

– Забавно, - резюмировал мой собеседник, когда я наконец договорила. Голос у него был немного странный, с лёгким металлическим тембром, и какой-то... напряжённый, что ли, будто бы Чип опасался подвоха или неприятного вопроса. Как я подозревала - Чип просто пытался скрыть свой почтенный возраст. С учётом его слов 'тридцать лет летаю' и простой калькуляции, по которой он никак не мог делать этого раньше восемнадцати, моему мохнатому приятелю скорее всего было больше полтинника. Ничего удивительного, что он при этом шифровался: кому хочется признавать, что в столь почтенном возрасте ты ударился в игры, да ещё и ведёшь себя в них как подросток, пусть и очень начитанный. Вот и программой изменения голоса воспользовался, судя по странному звучанию.

Чужую личную жизнь я уважаю, и если Чипу так хочется сохранить какой-то секрет - это его законное право.

– В игре всего этого упоминать нельзя - на меня наложены ограничения, и если проболтаюсь, последуют некислые штрафы. Но ты перспективы имей ввиду. Если прокачаем репутацию и по 'праздничным' заданиям сумеем попасть во дворец, есть шанс прицепиться к посольству, как к каравану, и выбраться в большой мир.

– Не переживай, о, мой полевой букетик - уж что-что, а понятие о секретности и неразглашении имею, - успокоил меня Чип.
– Единственное - больше никому об этом знать не надо, ибо, как гласит арабская пословица, что знают двое - знает и камыш.

– А Терн? Игрок он, похоже, опытный, лучше нас сообразит, что делать.

– А ты дашь гарантию, что он не пашет на местных контриков?
– привёл контраргумент Чип.
– Если есть тайна - есть и те, кто её охраняет, это аксиома. Не хочу ещё и в игре с местной сигуранцей общаться. Так что не надо, рано ещё. Вот узнаем этого Тёрна получше - тогда и будем подумать.

– Как-то слишком серьёзно ты к игре относишься, - опешила я от такого ответа, - но ты прав, рассказать Терну успеем. Ладно, айда в игру.