Я повертел головой — вроде никого. Сейчас еще одним способом проверим.

— Светлая тут — громко произнес я — Тьфуууу!

Нет, тишина, только вода плещет. Ну надо же, и так бывает? Хотя, тут вопрос спорный — хорошо, что дуэгаров нет или это плохо? Как бы не вышло вообще от противного, как бы мне еще их искать не пришлось, если тут заплутаю. А я, скорее всего и заплутаю, поскольку уже сейчас не слишком представляю, куда идти. Нет — вон лестница, старая, полуразбитая, я точно помню, что путь в глубины, если это можно так назвать, тогда начинался именно с нее. Но это только начало было. А после — какие-то тоннели, какие-то повороты. Мост еще был.

Карта, как водится, мне ничем не помогла — она подземелья не показывала, по крайней мере, моя, бесплатная, из базовой комплектации. Кстати — ну, вот что я за дятел? Играю уже черт знает сколько, денежки есть — что бы мне к картографу не зайти хоть раз, в том же Селгаре? Может, за наличный расчет можно купить что-то куда более приличное? Наверняка можно. Вон, у Рейнеке я тогда видел его карту — вещь же. А я, блин, все как сирота казанская мыкаюсь. И претензии, кроме себя самого предъявлять некому.

— Путь в тысячу ли начинается с первого шага — пробормотал я под нос и стал карабкаться вверх, по осыпающимся каменной пылью ступеням.

Уже через полчаса я понял, что не знаю, куда идти дальше. До этого вроде как особых сомнений не было — дорога была одна, от нее в сторону то и дело отходили какие-то ответвления, но явно ведущие не туда, куда мне надо, были это узкие тропинки или просто что-то вроде тоннелей. А вот когда я оказался на каменной площадке, от которой лучами в разные стороны расходились три полноценные дороги, ведущих в проходы между скалами, то тут-то мне и стало понятно, что все, приехали.

— Елки — палки — я пнул ногой камушек — Опять развилка. Да что такое!

Вот никогда здесь ничего просто не бывает. Все с подвывертом. Впрочем, что-то такое я и предполагал, так что хоть и расстроился, но не удивился.

Впрочем — все это лирика, можно поругаться, можно камни попинать, можно даже головой об стену побиться — только делу это не поможет, и на вопрос — куда идти дальше — ответа не даст.

Ох, и не хочется мне делать то, что я задумал, ох, как не хочется. Нет, ничего катастрофичного, в определенном смысле, конечно же не произойдет, но лишний раз умирать так же неохота, а такой поворот событий более чем вероятен. И опыта жалко, вещи, опять же, где-то валяться без меня будут. Ну, и еще один нюанс есть, вовсе, можно сказать, неигровой.

— Дуэгары! — заорал я во всю глотку, так, что эхо отразило мой крик от скал — Черти вы губастые! Вы где есть-то?

И — тишина. Только где-то на грани слуха плеск воды можно уловить — надо думать, речка подземная.

Я, было, открыл рот, чтобы еще поорать — и не стал. А смысл? Если услышали — так услышали. Ну, а если нет — то чего горло драть? Постоял еще минуту — и пошел в левый проход. Чего оригинальничать? Все люди время от времени налево ходят — и жизни, и в сказках. В жизни — для разнообразия, в сказках — по здравому смыслу. Нет, Алеши Поповичи и Добрыни Никитичи за каким-то лешим прямо ходили, но я-то не былинный богатырь? Да и потом — смерть меня всегда найдет, если я ей понадоблюсь.

Скалы довольно скоро, минут через двадцать, закончились, и я вышел к каменному мосту, живописно расположившимся на небольшом каменном же пятачке. Увидев его, я понял — точно не туда иду. Тот, который мы тогда с ватагой дуэгаров пересекали, был другой — с перилами каменными, это я точно помнил. И… Как бы так сказать? Не выгнутый он был, прямой. А тут — вон, дуга над пропастью, узкий, как лезвие бритвы и без упомянутых перил.

Если честно, кроме мата, в голову ничего не приходило. И что, мне теперь обратно идти надо, выходит? Нет, двадцать минут — это немного, но вся эта беготня меня не радовала. И самое главное — мне что, все проходы вот эдак тестировать, на своих двоих? Нет, по игровым канонам, так и следует поступить, но лень ведь. Опять же — времени жалко.

Я сделал несколько шагов по направлению к мосту и насторожился — неподалеку раздался какой-то звук, что-то вроде урчания. Нехорошего такого. Голодного, я бы сказал.

Чему — чему, а одному меня 'Файролл' научил точно — все, что не так — это потенциальная опасность. По этой причине я немедленно достал меч и переместил в руку щит со спины.

'Может, это дуэгары?' — подумалось вдруг мне.

А что? Я орал, вот, услышали, пришли.

В одном угадал — и услышали меня, и, так сказать — встречать вылезли, вот только никакие это были не дуэгары.

Урчание перешло в сопение, причем уже вполне отчетливое, и, как бы перечеркивая мои предположения, на не слишком большую площадку, цепляясь толстопалыми пальцами за края пропасти, вылез тролль.

Реально — тролль. Я же их видел уже, когда они ворота замка инквизиторов бревнами расшибали, так что ни с кем не спутаю. Только те, надо думать, были надземные тролли, скажем так — респектабельные, у них и жилетки были, и ботинки, и даже, по — моему, шапки. А это — подземный тролль, далекий от веяний моды, ну и выглядел он соотвественно. Здоровенный, волосатый, с низко посаженными глазами, и из одежды на нем была только драная набедренная повязка. Впрочем, потом к его инвентарю добавилась еще дубинка, сделанная из кости какого-то исполинского животного, которую он достал откуда-то из-под моста. Солидная такая дубинка, размером с меня.