Импульсивная вспышка, которая ведет к непродуманным действиям и словам, как правило — идиотским, потом самокопание, самоуничижение, страх последствий и только после этого всего визит к вышестоящему руководству, которое давно уже в курсе произошедшего. И даже уже санкции придумало.

Так что времени у меня вагон и маленькая тележка. Да, надо еще сделать так, чтобы его в распыл не пустили — мне бумага-то поддельная для игры нужна.

Что до игры — тут предмет моей особой гордости. Народ воодушевился крайне, узнав, что нас ждет коллективный поход на гигантского червя с таким звучным именем. Причем отдельную радость, к моему великому изумлению, вызвал тот факт, что эта зверушка малоизвестна. Почему-то все именно в этом многие находили особую прелесть. Как по мне — это не очень-то и хорошо, по популярным персонажам уже гайды написаны и тактика их убийства известна, а здесь все не слишком-то понятно пока.

Народ выслушал вводные, попенял мне на то, что их мало и благополучно про меня забыл, погрузившись в обсуждение тактики боя с другими рейдовыми червями, которых в игре было предостаточно. Кро заявила, что завтра возьмет за шиворот Ромула (детали получения квеста я раскрывать не стал, но личность проводника озвучил), смотается в эту пустыню и сама все посмотрит на месте, причем Слав и Русал вызвались ее сопровождать. Остальным было велено думать и пройтись мелким гребешком по форуму — авось, кто этого кольчатого все-таки уже убивал.

Соскучился народ по игре — понял я. По командной игре. Вовремя я это дело им подкинул, еще маленько — и начали бы ребята разбегаться.

Так что я был очень доволен, и даже привычно язвительная улыбка привратницы Зимина не испортила мне настроения.

— Поздорову ли, Елиза свет Валбетовна? — я отвесил ей земной поклон, махнув рукой — Как ваше здоровьице? Единорог не приснился ли?

— Никифоров, вы меня пугаете — заявила как всегда безупречно одетая и бесподобно выглядящая женщина — Может — скорую?

— Позвольте ручку облобызать — приблизился я к женщине, ощутив терпкий запах духов — И после этого, не то что в больничку — в крематорий можно вояж совершить, поскольку ничего более радостного в этой жизни у меня уже не будет.

К руке я был допущен, ею же потом и получил в лоб.

— Никогда не шутите со смертью, Никифоров — очень серьезно сказали мне — Она всегда всё и всех слышит. И частенько выполняет пожелания тех, кто ее зовет.

Вот же. У меня даже в животе неприятно заныло от этих слов. Я ощутил себя букетом, из которого повыдергивали лепестки цветов.

— Ну — ну — Елиза это заметила и потрепала меня по щеке — Если что — я замолвлю за вас слово перед ней. Вы хоть и простак — но достаточно милый.

Вот теперь мне стало страшно. Кто знает, что эта женщина вкладывает в слово 'милый'?

— Благодарю вас, сударыня — мне удалось вполне по — гусарски щелкнуть каблуками — Навеки ваш слуга.

— Нет, вы не простак — Елиза печально покачала головой — Вы идиот. Хорошо хоть мне такое сказали, а не кому-то другому. Идите уже, Валяев в кабинете у Максимилиана, и вроде бы они еще трезвые.

Я подавил облегченный вздох и дернул на себя дверь кабинета. Стуком я пренебрег — ну его…

Мои работодатели как всегда были заняты любимым делом — они ели. На этот раз у них в меню были морепродукты — столик был заставлен плошками и тарелками с разной снедью, из которой я опознал только устриц, краба и икру, остальные блюда были мне неизвестны. Заметим — устриц я узнал исключительно по той причине, что видел их в кино и на фотографиях, есть мне их не доводилось. Да и краба такого здоровенного я тоже в жизни никогда не видел, у меня башка меньше, чем этот краб.

— Заходи — Зимин подмигнул мне и употребил устрицу, с причмокиванием втянув в рот противного вида слизь, которую перед этим окропил лимонным соком — Присоединяйся, устрицы отменные.

— Да я ужинал уже — если честно, это дело меня не впечатлило — Вроде как.

— Попробуй гребешки — Валяев ткнул пальцем в блюдо, где среди зелени лежали какие-то кругляши больше всего видом и цветом похожие на маленькие сырники — Оно того стоит.

Гребешки. Чьи? Или это имя собственное?

Я взял один кругляш и забросил его в рот. Надо же. Вкусно.

— Вином запей — показал мне Зимин на открытую запыленную бутылку — 'Шато Валад' с гребешками — самое то.

Валяев тем временем цапнул с блюда огромного красного краба, с хрустом отодрал его клешни, после же, орудуя каким-то предметом, больше всего похожим на молоток, лихо вскрыл его панцирь.

— Экая красота — сменив молоток на непонятной формы щипцы, он взломал клешню и облизнулся при виде ароматного мяса — Давайте, налетайте, а то я все один сожру.

Нет, я себе не прощу, если не использую такую возможность и не попробую это дитя морских глубин. Если устрицы мне были безразличны, то крабов и раков я всегда любил.