— Нет, нет, что ты, Катюша, какие гости! Это так, по делу.

«Так вот она, эта Катя!» — подумала Валя, видя, как Васин заботливо помогает девушке снять ее старенькое серое пальто.

Перемена, происшедшая с Васиным, была так разительна, что несколько мгновений Валя не могла произнести ни слова. Но вот Васин метнул на Валю быстрый взгляд, и она увидела его прежнее лицо — настороженное и злое.

В следующую минуту он уже вел девушку к кушетке, слегка поддерживая ее за локоть, и на лице его снова была добрая, ласковая улыбка.

— Простите, — смущенно сказала, обращаясь к девушке, Валя, — я, правда, по делу. Насчет суда, — добавила она.

— Насчет суда? — с тревогой в голосе переспросила Катя. Она уже собиралась сесть на кушетку, но осталась стоять и вопросительно посмотрела на Валю. — Разве приговор не окончательный?

— Да что ты, Катюша! — преувеличенно бодрым тоном произнес Васин. — Совсем не об этом речь! Она, — он кивнул в сторону Вали, — насчет того монтера пришла… ну, Харламова…

Он снова метнул неприязненный взгляд на гостью.

Валю охватило чувство горечи, обиды, негодования. Васин хотел, чтобы она ушла, немедленно ушла отсюда. Еще минута — и он просто выгонит ее из комнаты. Она мешает ему и Кате, они хотят остаться вдвоем, им нет никакого дела до нее, Вали, до ее горя, пусть Володя мучается там, в колонии, им наплевать на его судьбу… Хорошо! Она уйдет. Только сначала выскажет все в глаза. Теперь ей нечего терять! Пусть ее выгоняют!

— Я пришла сюда потому, что приговор был несправедлив, — громко сказала Валя, не глядя ни на Васина, ни на Катю. — Я хотела узнать правду. Но теперь вижу, что говорить не о чем.

Она закусила губу, не в силах продолжать, резко повернулась и хотела уйти.

— Подождите! — неожиданно звонко крикнула Катя.

Валя остановилась в нерешительности.

Катя подбежала к ней и, потянув ее за рукав, сказала:

— Подождите! Я ничего не понимаю. Почему приговор несправедлив? Какая правда?

— Катюша, оставь ты ее! — с мольбой в голосе произнес Васин. — Чепуха все это, ерунда! Ей Харламова жалко, вот и все… Мы уже переговорили о чем надо, пускай уходит…

Валя резко повернулась к Васину и спросила:

— А вы передали Кате то, что просил Володя?

Краска залила лицо Васина. Он по-бычьи наклонил голову.

— Какой Володя? О чем она говорит? — настороженно спросила Катя.

Васин сделал неопределенный жест:

— Чепуха…

— Нет, ты мне скажи, какой Володя? — настойчиво повторила Катя.

— Я скажу! — громко произнесла Валя. — Володя — это Харламов. На суде он пожелал вам счастья. Вы передали это Кате? — спросила она, оборачиваясь к Васину.

— Ничего я не помню, — пробормотал тот.

— Ах, он даже этого не помнит! — безнадежно сказала Валя. — Что ж, я вижу, говорить не о чем…

Она махнула рукой и пошла к двери.

— Нет, — воскликнула Катя, — никуда вы не пойдете! — Она подбежала к двери и загородила ее собой. — Надо все выяснить. Все, до конца! Что же это, Славка? Еще пожениться не успели, а уже тайны завелись? Вот что, — обратилась она к Вале. — Мы сейчас все выясним. Меня Катей зовут. Катя Синицына А вас?

Она неловко, ребром протянула Вале ладонь. Неожиданно ощутив симпатию к этой девушке, Валя пожала ее руку и назвала себя.

— Садитесь! — продолжала Катя. — Сюда, на кушетку. А я рядом. Вот так. А ты, — обратилась она к Васину, — постой. Мы посидим, а ты постой. Говорите, Валя, говорите, а то ведь я ничего толком не знаю. Я ведь и на суде-то не была, знать ничего не знала. Он мне только на другой день рассказал. Что ж вы молчите?

— Володе дали два года, — сказала Валя. — Но я уверена, что он не виноват.

— А кто же виноват? Я один, что ли? — угрюмо спросил Васин.

— Погоди, — строго остановила его Катя.

— Они говорят, что он взял руль ради баловства. Он не мог этого сделать… Не мог. Говорят, что сшиб человека и уехал, не оказав помощи. Но это совсем не похоже на Володю. Если бы он видел, что сшиб, то обязательно остановился бы.

— А на суде-то что он говорил, на суде? — нетерпеливо спросила Катя.

Валя тяжело вздохнула.

— На суде он вел себя непонятно. Мне казалось, что он чем-то смертельно обижен. Да и в письме написал, что все было не так…

— В каком письме? — быстро спросил Васин.