– Мистер Хилл, ваша работа накладывает на вас огромную ответственность, ведь в музее выставлены шедевры искусства на сотни миллионов долларов.

– Верно, сэр.

– И как всякий добросовестный охранник, вы должны быть все время начеку и знать, что происходит в стенах музея.

– Разумеется, сэр.

– У вас хорошая зрительная память, мистер Хилл? Тренированная?

– Я бы сказал да, сэр.

– Я спросил это потому, что заметил следующее: когда мистер Бреннан спросил, действительно ли Эшли Паттерсон та женщина, что представилась Ричарду Мелтону под именем Алетт Питере, вы поколебались. Что-то вас смутило?

Последовала минутная пауза.

– Видите ли, она очень похожа на мисс Питере, как будто сестра родная, но все-таки есть что-то странное… Какие-то различия… Мне трудно объяснить.

– Все же попытайтесь, мистер Хилл.

– Алетт Питере была совсем как итальянка, даже говорила с итальянским акцентом и казалась моложе подсудимой.

– Тут вы, бесспорно, правы, мистер Хилл. Та особа, которую вы знали как Алетт Питере, была одним из “я” Эшли Паттерсон. Она родилась в Риме на восемь лет позже…

– Протестую, ваша честь! – вскочил Бреннан. – Защитник намеренно пытается ввести в заблуждение свидетеля.

Дэвид повернулся к судье.

– Ваша честь, я…

– Прошу представителей защиты и обвинения подойти к судейскому столу, – перебила Тесса Уильямс. Дэвид и Бреннан выполнили приказания.

– Больше я не стану повторять, мистер Сингер. Защита выскажет свои доводы после речи обвинителя. А пока запрещаю склонять присяжных на свою сторону.

– Для дачи показаний приглашается мисс Бернис Дженкинс.

Бернис принесла присягу.

– Объясните род ваших занятий, мисс Дженкинс.

– Я официантка.

– И где работаете?

– В кафе музея Де Янга.

– Каковы ваши отношения с Ричардом Мелтоном?

– Мы были хорошими друзьями.

– Не расскажете ли подробнее?

– Когда-то, довольно давно, у нас были более…, как бы это выразиться…, романтические отношения, а потом мы охладели друг к другу. Такое бывает, сами знаете.

– К сожалению, мисс Дженкинс. Ну а потом?

– Потом мы стали вроде как братом и сестрой. Я… То есть я рассказывала ему о всяких проблемах, он делился своими невзгодами. Нет, были и радости, конечно.

– Скажите, он когда-нибудь рассказывал вам о подсудимой?

– Да, часто, но она называла себя по-другому.

– И ее имя?…

– Алетт Питере.

– Как по-вашему, он знал, что в действительности это Эшли Паттерсон?

– Нет. Ричард был уверен, что встречается с Алетт Питере.

– Хотите сказать, она намеренно обманывала его?

– Ваша честь! – вмешался взбешенный Дэвид.

– Возражение принято. Прекратите задавать свидетелям наводящие вопросы!

– Прошу прощения, ваша честь.

Бреннан снова повернулся к свидетельнице:

– Вы утверждаете, что Мелтон говорил с вами об Алетт Питере. Когда-нибудь видели их вдвоем?

– Да, сэр. Как-то он привел ее в кафе и познакомил со мной.

– Вы имеете в виду подсудимую Эшли Паттерсон?

– Да. Только тогда она называла себя Алетт Питере.

Бреннан отпустил официантку и пригласил Гэри Кинга.

– Вы снимали с Ричардом Мелтоном квартиру на двоих?

– Верно, сэр.

– Вы дружили? Бывали с ним на вечеринках, в ресторанах, других общественных местах?

– Довольно часто, и не вдвоем, а вчетвером. Приглашали с собой девушек.

– Вам известно, что последнее время мистер Мел-тон особенно интересовался одной молодой леди?

– Известно. Он сам мне сказал.

– Вам известно ее имя?

– Она называла себя Алетт Питере.

– Вы видите ее в зале суда?

– Да, сэр. Она сидит вон там.

– Для большей ясности объясните: вы имеете в виду ответчицу Эшли Паттерсон?

– Так оно и есть, сэр.

– Вы пришли домой в ночь убийства и обнаружили в спальне тело Ричарда Мелтона?

– Точно так, сэр.

– В каком виде?

– Все было залито кровью.

– И труп кастрирован?

– Да. Поверьте, в жизни не испытывал такого ужаса! Бреннан пригляделся к присяжным. Реакция соответствующая. Если так пойдет и дальше, защите тут делать нечего.