Оттуда на Лаврова смотрел смуглый человек лет сорока с тонкими усиками. Взгляд маленьких прищуренных глаз усача был довольно свирепый.

— Группировка «Закон и порядок» — ультраправая, — продолжил генерал-лейтенант свой рассказ, — поэтому их называют «контрас». Они выступают против реформ президента, направленных на укрепление государственного сектора экономики, и против дружбы с нашей страной. Так что враждебных действий против наших рабочих следует ждать прежде всего от них. Да, есть у «контрас» еще одна особенность: поскольку их содержат американцы, они не выращивают и не продают коку. По крайней мере, так заявляется официально.

— То есть борются против наркотиков? — усмехнулся Лавров.

— На словах — да. Хотя, как нам известно, потихоньку они все же содержат небольшие плантации возле своих баз. В конце концов, американские хозяева далеко, а сельва — близко. А там можно укрыть не то что пару плантаций, а целый аэродром.

Теперь перейдем к следующей по влиянию группировке. Она называется «Армия освобождения». Возглавляет ее Мигель Орельяно, бывший автомеханик. Вот, смотри.

Теперь с экрана монитора на Лаврова смотрел бородач с широко расставленными черными глазами. Из-за бороды он казался старше своих лет, но, присмотревшись, Лавров понял, что лидер «Армии освобождения» еще молод — пожалуй, лет тридцать, не больше.

— Если «законники» ультраправые, то бойцы «Армии», наоборот, ультралевые, — сказал Капустин. — Они хотят, чтобы президент выгнал плантаторов и капиталистов, национализировал фабрики и землю, — в общем, сделал революцию по образцу кубинской. А выращивание коки объявляют национальной индейской традицией, которую хотят запретить американские империалисты. Кстати, в составе «Армии» много индейцев чибча — коренного населения Андианы. В районах, которые контролируют люди Орельяно, выращивают почти половину всей андианской коки. У них и свои фабрики есть, на которых из листьев вырабатывается кокаин.

— Так, может, они никакие не левые, а просто наркобандиты? — спросил Лавров.

— Власти Андианы так и считают, — согласился Капустин. — Но это скорее пропаганда, чем правда. Бойцы «Армии» выращивают и продают коку, чтобы получить деньги для приобретения оружия и продуктов. А также чтобы «обозначить язвы больного американского общества», как выражается в своих речах их лидер.

Однако в Андиане есть и настоящие бандиты. Это так называемый «Национальный фронт справедливости». Возглавляет его дон Этторе Бьелса, вот он перед тобой.

С экрана на майора Лаврова взглянуло лицо с холеной бородкой, увенчанное военной фуражкой с позолоченной тульей.

— Дон Этторе — так его обычно называют в Андиане, — продолжал объяснять Капустин, — носит воинское звание полковника и принадлежит к древнему и очень знатному роду. Он владел самыми большими сельскохозяйственными плантациями, а кроме того, на других плантациях, секретных, его люди выращивали коку. Однако американцам это не нравилось. А когда к власти пришел президент Браво, дона Этторе стали преследовать и свои, местные чиновники. Тогда он ушел в сельву, а своих охранников объявил бойцами «Национального фронта». Вот они — бандиты из бандитов, не щадят никого.

Вот три основные группировки. Кроме них есть еще мелкие: «Армия Тупака Амару», «Фронт спасения Андианы» и другие. Рассказывать о них я тебе не буду: вся информация об андианском подполье, да и в целом о стране, о тамошней расстановке сил записана вот здесь, — генерал-лейтенант протянул Лаврову флэшку. — Будешь жить в нашей гостинице; в номере есть компьютер, там все и прочитаешь. Пользоваться умеешь?

— Десантники не только автоматом владеют, — отвечал Лавров. — Им любая техника знакома.

— Вот и отлично, — заключил Капустин. — Можно считать, что первый этап знакомства с заданием пройден. Сейчас тебя проводят…

Генерал-лейтенант не успел закончить фразу. Лежавший на столе сотовый тихонько проиграл мелодию марша. Хозяин кабинета сделал Лаврову предупреждающий жест: подожди, мол, сейчас закончим — и стал слушать. Собеседник Капустина говорил очень тихо, сам генерал-лейтенант — еще тише, так что Лавров не услышал ни звука. Однако, как ни велика была сила выдержки хозяина кабинета, майор догадался, что полученное сообщение его сильно встревожило. Он несколько раз о чем-то переспросил своего собеседника, однако полученные ответы, судя по всему, его не удовлетворили.

Наконец генерал-лейтенант закончил разговор. Встал из-за стола, несколько раз прошелся по кабинету, о чем-то напряженно думая. Один раз быстро взглянул на Лаврова, но ничего не сказал и возобновил свою прогулку по ковру. Потом, видимо, приняв какое-то решение, сел на место и произнес:

— К сожалению, майор, трех дней на подготовку у тебя не будет. Вылетать надо сегодня, в крайнем случае — если документы на тебя не успеем подготовить — то завтра.

— Что-то случилось? — спросил Лавров.