Мы с Фредди и Райаном начали спускаться со сцены.

— МЯ-А-А-А-У-У-У!

Я чуть не задохнулась, снова услышав кошачий крик.

— Где он?! — завопила я. — Где он на этот раз?!

— МЯ-А-А-А-У-У-У! — снова услышала я.

А потом заметила ухмылочку на лице Фредди и поняла, что это его проделки.

— МЯ-А-А-А-У-У-У! — Он поднял руку со скрюченными пальцами и сделал вид, что хочет меня оцарапать.

— Фредди, — сказала я, — тебе кто-нибудь говорил, что ты ни капельки не остроумный?

— Все, — ответил он, по-прежнему ухмыляясь.

Тем вечером за ужином я рассказала маме, папе и Таннеру, как наехала на кота.

— Он выбежал прямо мне под колеса, — объяснила я. — Сперва мне померещилось, что ему оторвало голову. Но нет. Видно, почудилось. Потом колесо как подскочит, и…

— Фу, — скорчил рожу Таннер. — Ты что, правда его раздавила?

— Ничего себе тема для застольного разговора! — вмешался папа. — Может, поговорим о чем-нибудь другом?

— Так ты его убила? — не унимался Таннер, нависая грудью над своей тарелкой с супом.

Мама поставила такую же передо мной.

— Твой отец прав, Элисон. Не огорчай брата. Сменим тему.

— Кстати, чудесный суп, Марго, — отметил папа.

Я погрузила ложку в суп, но пробовать не стала.

— Я велик угробила, — призналась я папе.

Мама чихнула.

Папа прищурился:

— Твой новый велосипед?

Я кивнула. У меня засосало под ложечкой. Я знала, что папа придет в бешенство.

— Как ты могла его разломать?! — закричал он. — Новый велосипед!

— Пожалуйста, — мама подняла руку, предупреждая назревающий скандал, — давайте обсудим этот вопрос после еды. Я старалась, готовила куриный суп с лапшой. Можем мы просто расслабиться и хорошенько поужинать?

Она опять чихнула и вытерла нос салфеткой.

— Странно, — пробормотала она, — что-то мне неважно.

Папа съел ложку супа и посмотрел на маму.

— Лицо у тебя, Марго… вроде, опухло слегка.

— Со мной такое бывает, когда рядом кошки, — сказала мама. — Видно, аллергия разыгралась.

— Может быть потому, что Элисон говорила о коте, — предположил Таннер.

Мама рассмеялась в салфетку:

— Ну, положим, на разговоры о кошках аллергии у меня нет!

Глаза ее отчаянно слезились.

Папа, нахмурившись, повернулся ко мне.

— Кстати, о коте, которого ты сбила. Надеюсь, ты не притащила его домой?

— Еще чего! — возмутилась я. — Не приносила я никаких котов!

Мама шмыгнула носом и промокнула салфеткой слезящиеся глаза.

— У тебя на одежде могла остаться котовья шерсть, — сказала она.

Я отодвинула стул и начала вставать.

— Мне пойти переодеться?

— Нет, Элисон. Сядь, — велела мама. Она оглядела сидящих за столом. — Я сготовила такой вкусный суп, а никто его даже не ест.

— Я ем! — заявил папа. Он с шумом втянул в рот длинную макаронину. — Восхитительно.

— А мой слишком горячий, — заныл Таннер.

— Нисколько не горячий, — возразила мама. — Ешьте суп. Оба.

Наблюдая, за Таннером, дующим в свою тарелку, я отправила в рот полную ложку супа.

Вкус был какой-то странный.

Я жевала.

И жевала.

Что-то не так. Я не могла его проглотить. Что-то жесткое и колючее облепило язык.

— Э-э-э-э-э-э-экх! — простонала я с отвращением. Высунула язык. И двумя пальцами начала вытаскивать изо рта какую-то дрянь.

Серые волосы. Будто чьи-то усы.

Нет. Будто шерсть.

Серая кошачья шерсть!

— Не-е-ет! — с отвращением простонала я. И уставилась на суп в своей тарелке… а тарелка… тарелка, исходящая паром и булькающая… была полна кошачьей шерсти.

— Э-э-экхх! Не могу вытащить! — взвизгнула я.

Я подавилась и начала задыхаться.

Подскочил папа и как следует треснул меня по спине.

Я выкашляла мокрый комок кошачьей шерсти. Затем схватила салфетку и принялась лихорадочно вытирать шерсть с языка.

— Ничего не понимаю, — пробормотала мама. Она подняла мою тарелку, заглянула в нее и покачала головой. — Чертовщина какая-то. Как эта гадость сюда попала?

Я опять поперхнулась. Выскочила из-за стола и побежала к зеркалу в прихожей. Широко открыв рот, я наклонилась поближе к зеркалу.