— Прошу вас, — попросил витус Тонк, — ближе к делу.

— Хорошо, — согласился Леран. — Осмелюсь предположить: в Глотке разразился самый настоящий бунт!

Эффектную концовку изрядно подпортила реакция членов ЦК. Грома аплодисментов не последовало.

— И что здесь такого? — вигора Сутен выразили всеобщее непонимание. — Вы же сами сказали: витус Откен потребовал подкрепление и получил его.

Да-а-а… Леран поджал губы. Гражданские они и есть гражданские. Придется объяснять на пальцах.

— Заключенных в Глотке слишком много. Не меньше пятидесяти тысяч. Для сравнения, население Финдоса всего сорок тысяч. Весь штат надзирателей вместе буфетчицей и секретаршами чуть больше четырех сотен человек. Даже с учетом подкрепления, на одного надзирателя или полицейского приходится больше десяти заключенных.

Поймите! — Леран едва не перешел на крик. — Возможно в этот самый момент Глотка уже бунтует. Не дай бог, если вся эта огромная масса людей в красных робах выплеснется на улицы Финдоса. А это, это…

От волнения Леран едва не задохнулся.

— Та самая искра, благодаря которой вспыхнет восстание! — вигора Сутен возбужденно захлопала в ладоши.

— В яблочко, уважаемая! — в тон воскликнул Леран.

— И без какой-либо провокации с нашей стороны, — задумчиво заметил витус Тонк.

Поднять население колонии на войну за независимость, потребовать от него жертв и лишений, очень не просто. Столетие за столетием «Федерация культуры и спорта» не только развивала культуру и спорт, а вела скрытую агитацию и тайную подготовку. На Дайзен-2 сформировался свой особый менталитет. Жители колонии больше не считают Мирем родиной, а видят в нем равнодушного эксплуататора.

Новый начальники Глотки едва не получил по морде от простого работяги, когда на весь «Пьяный горняк» обозвал Дайзен-2 Свалкой. Наперекор гадкому прозвищу жители Дайзен-2 гордятся своим миром.

Только.

Чтобы долгожданное восстание вспыхнуло, чтобы жители колонии прозрели и поддержали борцов за независимость, нужен повод, случай, искра. А вот его-то как раз и нет. Худо, бедно, благодаря или вопреки, колония развивается на протяжении полутора тысяч местных лет. Пока в обществе тишина, порядок и какая никакая стабильность, разжигать революцию, что сачком ловить ветер — бесполезно.

Совершенно другое дело, если земля уйдет из-под ног простых обывателей. Если испарится уверенность в завтрашнем дне. Если местная администрация облажается по-крупному. Если на далекую метрополию не останется надежд вовсе… Тогда и только тогда массы поддержат «Движение за независимость» и встанут под ее знамена.

Или? Долгожданный повод все же появился?

Витус Подис и председатель не разделяют восторг вигоры Сутен.

— Пусть надзирателей и полицейских мало… — задумчиво произнес витус Тонк. — Но в арсенале Глотки сотня боевых автоматов. А это сила. Современное стрелковое оружие выкосит зеков, сколько бы их там не было.

— Верно, витус, — согласился Леран. — Разрешите уточнить: возможно, у нас появился долгожданный повод. Та самая искра, о которой так точно выразилась уважаемая Сутен.

— Иначе говоря, вы предлагаете перейти в боевую готовность № 1? — спросил витус Тонк.

— Именно! — с преогромным облегчением ответил Леран. — Чтобы там не происходило, но беспорядки в Глотке — самая большая рябь на зеркальной глади нашего болота за последнюю сотню стандартных лет. Простите за аналогию.

В нагрудном кармане завибрировал наладонник. Пришло сообщение высшей степени важности. Леран вытащил миникомпьютер из кармана и быстро пробежал глазами по маленькому экрану.

Господи! Это же… Сердце остановилось, воздух застрял в легких. Наладонник едва не выпал из рук.

— Началось, — еле слышно произнес Леран.

Тихое признание взорвалось, как раскат грома в песчаную бурю.

— Что?! Что?! Началось?! — испуганно спросила вигора Сутен.

— Только что на здание Управления полиции напали зеки. Большая группа заключенных вооружена автоматами, — глубоко дыша, объяснил Леран. — Убито десять полицейских, еще больше ранено. Заключенные захватили арсенал.

— Вы уверены? — недоверчиво спросил витус Тонк.

— Здесь, — Леран протянул витусу Тонку наладонник, кадры с камер наружного наблюдения. Люди в красных робах со штрих-кодами на спине могут быть только заключенными тюрьмы Глот. Свершилось худшее — они вырвались. Мне нужно срочно идти.

Леран грубо вырвал из рук витуса Подиса наладонник и поспешил к выходу.

— Как только узнаете больше, немедленно звоните! — крикнул во след витус Тонк.

— Обязательно! — на ходу ответил Леран.