Надо бы отвлечься, хоть чем-нибудь занять руки и голову. Так и с катушек съехать не долго. Чаг поднял с пола включенный ридер. На экране надпись «Курс общей биологии». Учебные материалы по специальности. Нужно бы повторить, почитать, обновить. Лениво переключая страницы, рассеянно читая по диагонали, Чаг развалился на заправленной кровати.

Дохлый номер. Между страницами то и дело возникают образы. Вот он первый раз стреляет боевыми патронами и пороховой автомат бьется в руках, словно бешеный пес. А это скользкий пол в ресторане на Площади простора, грохот выстрелов и свист пуль над головой. Между прочим, самых настоящих пуль, не игрушечных. Ну а это вообще отпад — заряд динамита, запал и огнепроводный шнур в кулаке. Было время — был я молод. Чаг в раздражении столкнул ридер на пол.

— Чаг! Проснись!

В дверь комнаты забарабанил отец.

— Там! Того! По телеку! — выпалил отец, едва Чаг распахнул дверь. — Витус Тонк выступать будет. Вот. Говорит диктор что-то важное заявит. Собирается.

По среди гостиной развернут большой стол. Столешница немного загораживает висящий на стене телевизор. Зато на экране при полном параде витус Тонк.

— …семьи погибших принять наши самые искренние, самые глубокие соболезнования, — произнес глава Независимого правительства. — Они отдали свои жизни в борьбе за правое дело.

Чаг схватил со стола пульт от телевизора и прибавил громкости.

— Уважаемые жители Дайзен-2. На протяжении веков метрополия только тем и занималась, что обдирала нас. Вместо передовых технологий сливала нам асоциальных типов, законченных уголовников и некомпетентных чиновников. Не по нашей вине Дайзен-2 превратился в свалку человеческих душ.

Чиновникам на Миреме плевать на нас. Для них мы помойная яма, сырьевой придаток и рынок сбыта для собственных далеко не лучших по качеству товаров. Но мы не свалка человеческих душ. У нас тоже есть гордость, чувство собственного достоинства и честь.

Вот это да! Чаг едва не подпрыгнул от удивления. О дурной метрополии, об ущербной торговле и о тупицах на высших административных постах шепчутся на каждом углу. Это так. Но… высказать всю правду по телевизору! Да еще в прямом эфире! Такого ни разу не было.

— Присланные с Мирема неудачники пошли на поводу у банды уголовников. Чтобы подобного впредь не повторилось, чтобы наша планета перестала быть свалкой человеческих душ, мы отделяемся от Федерации Мирема и провозглашаем независимый Дайзен-2. Отныне и навсегда чиновники с метрополии нам не указ.

— Да!!! — Чаг соскочил с дивана и громко захлопал.

— К сожалению, — витус Тонк резко сменил тон выступления. — Метрополия просто так нас не отпустит. Впереди нас ждет борьба. Тяжелая, изнурительная борьба. Но мы знаем, что делать. Никакой спешки. Никакой импровизации на ходу. У нас есть время. Мирем далеко и не скоро сообразит, в чем дело.

Да здравствует суверенный Дайзен-2! Да здравствует свобода! Победа будет за нами!

Спасибо за внимание.

Глава правительства исчез с экрана. Вместо него появилась заставка с видом Дайзен-2 из космоса: красноватый шар с закрученными циклонами серых облаков и космическая станция «Снежинка».

— Да!!! Мы сделаем их! Мы не свалка! Не свалка! Не свалка!

Витус Тонк закончил выступление, но внутри Чага по-прежнему бушуют эмоции. Так и хочется чтонибудь сделать. Не важно что, главное сию минуту. Аж руки дрожат.

Решилась самая главная проблема — Народной армии самообороны быть. Господи! Как все просто — солдатами не становятся, солдатами рождаются. Только далеко не каждый получает шанс узнать о своем истинном предназначении. Если бы не Глотка, бунт и налет на Западную электростанцию, он так бы и помер простым инженером по очистным сооружениям. Зато теперь…

— Сынок, — осторожно заговорил отец, когда Чаг немного успокоился и сел обратно на диван. — Ты же должен понимать… Это же — война. С метрополией. С технически и экономически более развитым противником.

— Папа, — Чаг потер отбитые ладони. — Метрополия сильна, не спорю. Но она крайне не любит терять своих крайне дорогих солдат. Простым жителями Мирема плевать на нас. Они сами потребуют прекратить войну, когда в обмен на увеличение налогов получат цинковые гробы со своими близкими.

— Откуда у тебя такая уверенность? — отец помрачнел еще больше.

— Историю читать надо, — ответил Чаг. — Правда на нашей стороне. Мы победим.

Точную стрельбу на 200 метров язык не поворачивается назвать любимым упражнением. Скорее наоборот. Но она включена в подготовку солдат Народной армии самообороны Дайзен-2. А если этот солдат не простой ополченец, а кадровый военный, то сам Великий Создатель приказывает терпеть и повышать боевую подготовку.