Проклятье! Виман превратился в камень. Все гораздо хуже, чем показалось с первого взгляда. Простым словесным финтом главарь бунтовщиков сотворил убойный аргумент для убеждения жителей Свалки: «Вот видите! Это они первыми начали войну. А мы всего лишь обороняемся». И будет, черт побери, прав.

Холостые патроны не помогут. Придется пальнуть боевыми, раз бунтовщики отказываются понимать по-хорошему. Но тщательно подготовленный ответ испортил представитель Министерства колоний.

— Вы что? С ума сошли? — витус Арил самым наглым образом влез в разговор. — Да мы вас в порошок сотрем. А вас, витус Тонк, лично, засунем в Глотку до скончания веков.

Виман сжал подлокотники кресла. Господи! Лишь бы удержаться! Лишь бы удержаться! Так и хочется встать и врезать тупому представителю по морде. Идиот! Тот, кто первым скатывается на эмоций, тем самым раскрывает собственную нервозность и неуверенность.

— Это ваш окончательный ответ? — тут же спросил вожак бунтарей.

— Нет, — с трудом ответил Виман. — Пока ботинок космического пехотинца не коснулся поверхности вашей планеты, досадное недоразумение можно решить миром. Если вы признаете законную власть Федерации и не станете оказывать вооруженного сопротивления, то участников бунта ждет амнистия. Вы, витус Тонк, просто лишитесь своей должности и уйдете в отставку с сохранением всех пенсионных выплат.

Если же вы вынудите меня применить силу, то всех участников и руководителей вооруженного сопротивления ожидает преследование по закону Федерации Мирема. Вы, как руководитель вооруженного бунта, действительно можете закончить свои дни в тюрьме Глот.

Язык дипломатов — язык лжецов и льстецов в одном флаконе. Одетые в дипломатические фраки угрозы не произвели на главаря мятежников ровным счетом никакого впечатления. Витус Тонк далеко не дурак и прекрасно понимает последствия вооруженного сопротивления для себя лично. Вот кого бы следовало назначить губернатором Свалки.

— Наша позиция остается прежней, — не моргая и не краснея, заявил главарь бунтовщиков. — Мы готовы с оружием в руках отстоять свою свободу.

— Это ваше последнее слово? — спросил Виман.

Главное сохранить спокойствие, хотя бы внешне.

Незаметно для главарей бунтовщиков Виман сжал кулаки.

— Да, — ответил витус Тонк.

Идиот! Но вслух Виман произнес:

— Очень жаль, витус Тонк. С этого момента я, как командующий Первым крейсерским флотом, как полномочный представитель Федерации Мирема, вынужден объявить о начале военной операции по подавлению бунта в колонии Дайзен-2 с целью восстановления на ее территории конституционного порядка. Всего вам хорошего, витус Тонк. Одумайтесь, пока не поздно.

— Всего хорошего, адмирал, — вежливо попрощался витус Тонк. — Но мы не передумаем.

Голографический экран над центральным столом пошел рябью и пропал.

— Связь с Дайзен-2 утеряна, — доложил офицер связи.

Проклятье! Виман нахмурил брови. Не такой, совсем не такой должна была быть миссия на Свалку. За долгую службу Виман много раз участвовал в так называемых операциях по подавлению мятежей. Обычно подобные вылеты заканчиваются учениями для космических пехотинцев, чтобы не совсем зря летать. Но на этот раз у главаря бунтовщиков хватило наглости в спокойной, дипломатической форме отказать полномочному представителю Федерации, у которого под рукой мощь Первого крейсерского флота, а за спиной сама метрополия. Мало того что отказал, так еще пригрозил применить силу, будто у него есть такая. Да хватит ли аборигенам храбрости, когда рядом с их домом приземлится космический челнок с десантниками?

Впрочем, кого он пытается обмануть? Эпоха мирного освоения космоса длится четвертую сотню лет. Ясно как день божий — рано или поздно она закончится. Рано или поздно колонии вырастут численно и окрепнут экономически. Рано или поздно они перестанут терпеть тупых губернаторов, а будут ставить их к стенке и расстреливать по приговору революционного суда. Неужели с него, Риэла Вимана, начнется эпоха колониальных войн? Не приведи господи.

— Адмирал! И это все, на что вы способны? — Виман посмотрел на представителя министерства. — Вам нужно было надавить на него. Напугать. Пригрозить физической расправой. Пальнуть из главного калибра по Финдосу и дело с концом.

Тупость чиновника не знает границ. Если остальные офицеры молчат, то витус Арил распахнул пасть.

— Саон, ты болван, — не повышая голоса, произнес Виман.

Чиновник удивленно вылупил глаза, но заткнулся.

— У них было девять месяцев на то, чтобы обдумать собственное поведение и просчитать различные сценарии. Если бунтовщики не передумали сразу, то вряд ли передумают, если давить на них эмоциями. К тому же от огня главного калибра Свалку отлично защищает плотная атмосфера.

— Тогда шарахните по ним ракетой, — предложил чиновник.

— Ядерной? Мегатонн на пятьдесят? Чтобы разнести столицу Свалки в клочья?

— Ну… — чиновник задумался. — Зачем сразу пятьдесят тонн? Какой-нибудь простенькой ракеткой. Больше пыли, больше шуму. Но чтоб ничего не рушить. А то восстанавливать еще. Потом.

Со скрипом и скрежетом до высокопоставленного болвана дошла очевидная истина: бунтующая Свалка — это не внешний враг, которого можно и нужно уничтожить в кратчайшие сроки всеми имеющимися в распоряжении средствами, с минимально возможными потерями. Шпарить по своим, таким же людям, сверхмощными ядерными боеголовками — последнее средство, когда все прочие, более деликатные, не сработают.