— Козлы!!! Болваны!!! Недомерки!!! — от души выматерился Шнык. — Не стрелять!!! Свои!!!

— Кто?! — потребовал уточнить голос с той стороны коридора.

— Шнык, Непоседа. Первый взвод. Третье отделение.

— Виноват, командир. Проходите, — Чаг узнал Пулю, пулеметчика.

— Ты что? Сдурел? — Шнык накинулся на Пулю. — Да я тебя сам пристрелю!

В гневе Шнык опасен, но голову не теряет.

— Десанты, мать их, во все щели лезут. Белые от пыли. Не видно ни хрена. Спутать легко, — залепетал пулеметчик, но Шнык оборвал его на полуслове:

— Да хрен с ними! Уходим. Дуй вперед. Мы прикроем.

— Есть! — ответил Пуля и убежал вдаль по коридору.

Маневр отхода от наседающего противника Чаг освоил еще в пейнтбольном клубе. Если бежать, как стадо баранов, то перестреляют, как баранов. Автоматная очередь в спину и все кончено. А так нельзя. Перекатами, по очереди, прикрывая друг друга. Иначе никак.

— Кажись, нет никого. Мы последние. Пошли! — скомандовал Шнык.

Прикрывая друг друга, Чаг с напарником торопливо прошлись по пустым коридорам космопорта. Кругом разруха и запустение. Даже не верится, что совсем недавно здесь ярко горел свет и жизнь била ключом.

Наконец они вышли в широкий коридор. Отсюда до подземной станции рукой подать. Двое бойцов караулят у двери. К счастью, нервы у них крепкие. А то у одного в руках пулемет, у другого реактивный гранатомет. Поймать на лету «Угрозу», пару кило первоклассной взрывчатки, сомнительное удовольствие.

— Уходите! Оба! — Шнык махнул рукой в сторону подземной стации. — Мы с Непоседой прикроем!

— Есть! — дружно рявкнули бойцы и отбежали от двери.

Первая рота прикрыла космодром. Ей же выпал жребий первой схлестнуться с противником. Дело сделано, пора уносить ноги. Солдаты торопливо отступают по широкому туннелю. Сначала уносят раненых. Пуля закинул пулемет на спину и подхватил тяжело раненного товарища, которого уже тащит под руку один из солдат. Чаг и Шнык остались у входа в узкий коридор. Поток отступающих быстро иссяк.

— Тапок идет! — Шнык ткнул пальцем в приближающуюся фигуру. — Приказывает уходить. Больше нет никого.

Можно и нужно бежать к подземной станции, но все не так просто. На той стороне узкого коридора раздался перестук и скрежет. Во блин! Из-за угла высунулась башка «Муравья». Респ, как обычно, впереди космических пехотинцев.

— Респы!!! — Чаг отпрыгнул от двери.

По ушам долбанула пулеметная очередь. Стальная дверь разлетелась на куски. Спарка на башке «Муравья» это нечто с чем-то. Просто так уже не смыться. Чаг вытащил из кармана гранату. Робот должен отреагировать как надо. Он же железный. Рискуя остаться без руки, Чаг закинул гранату в коридор.

Один! Два! Три!

Граната прокатилась по полу и рванула дай боже. Дверь, точнее ее жалкое подобие, с треском распахнулась. Чаг от души закинул в глубь вторую гранату и только тогда рванул со всех ног вслед за Шныком.

Бегать так быстро и так отчаянно еще никогда не приходилось. Страх подстегивает похлеще самой суровой плетки. Не приведи господи, недобитый респ высунется в широкий коридор и пустит вдогонку пару десятков 15-миллиметровых пуль… Хоронить будет нечего!!!

Чаг с ходу сиганул с платформы в спасительную глубину железнодорожного пути. Космических пехотинцев поджидает последний сюрприз. На краю платформы стоит пара тяжелых пулеметов «Защитник». Два бойца с реактивными гранатометами маячат рядом. «Угроза» она и на Свалке угроза.

— Наконец-то! — с облегчением порадовался Чаг. На какой-то хрен командование приберегло

12-миллиметровые пулеметы, самые мощные, между прочим, напоследок. Они там, в ангаре, по «Муравьям» и «Шельмам» из автоматов шпарили, тогда как самое мощное стрелковое оружие простаивало без малейшей пользы в глубинах космопорта. Но теперь настал момент проверить его боевые возможности.

Едва не спотыкаясь о бетонные шпалы, Чаг убежал в спасительную глубину железнодорожного туннеля. За спиной разом ухнули реактивные гранатометы и застрочили пулеметы. Ну и всыплют же они десантам. По самые помидоры.

От боевого азарта вскипела кровь. Маленькие молоточки бьют по вискам. Сейчас бы плюнуть на устав, своевольничать да приударить за аборигенами. Ясно же как пень — драпают гады. Каждая секунда на вес золота. Но Фесс все равно остался на месте. Знаменитая армейская дисциплина покрепче стальных цепей приковала его к месту возле сорванных дверей.

Из прохода со стороны ангара долетели лязг и шорох. Фесс инстинктивно развернулся и приготовился к стрельбе. Квадрат прицела заметался по пылевому мареву и покраснел. Перед глазами вспыхнула грозная надпись: «Свои!». Фесс тут же поднял ствол. Система «свой — чужой» в очередной раз уберегла от убийственного огня по своим же товарищам.

Из-за пыльного занавеса высунулась овальная голова «Муравья». Стволы 15-миллиметровых пулеметов, словно усики антенн, вращаются из стороны в сторону. Вот где пригодилась компактная форма респов.

РСПП созданы для поддержки пехоты. «Муравьи» могут пройти в стандартную дверь, протиснуться по стандартному коридору и взобраться по стандартной лестнице. Иначе говоря, респы поддерживают космических пехотинцев не только в чистом поле, но и в жилых помещениях. Фесс, пропуская «Муравья», прижался спиной к стене. Пусть идет вперед, башка железная.