Шрифт:
— Не сковырнут. — Уверенно произнесла Ника. — Нам бы только весточку родным подать. Не знаю, кто придумал взять в заложники детей бояр, но этим выдумщик подписал себе смертный приговор. Такое не прощают.
— Ника, ты уверена, что тебе только двенадцать? — Покосился я на девочку.
— Между прочим, задавать подобные вопросы дамам неприлично. — Фыркнула она в ответ.
Глава 2. Тихенько-тихенько, низенько-низенько
Проводив взглядом уезжающий состав с заложниками, взятый под конвой пяти ЛТК из роты охраны полка московских бронеходчиков, я охлопал себя по карман и, выудив изрядно помятую пачку сигарет, сунул одну из них в зубы. Послушно вспыхнув, сигарета пустила в морозное небо тонкую струйку дыма, а я, наконец, смог отвезти взгляд от удаляющегося поезда. Можно было бы облегченно вздохнуть, все-таки, теперь боярским дочкам ничего не угрожает, но «новости» сообщенные мне бывшими заложницами и гвардейцами как-то не располагали к расслаблению…
После того, как я перевел еще пару стрелок, позволивших нам свернуть с кольца и выбраться на можайское направление, после недолгих, но очень экспрессивных переговоров с давешним капитаном на КП у старой Смоленской дороги и не менее насыщенной беседы по полевому телефону с офицерами полка, закончившихся, к счастью, полным успехом, за что спасибо участию Осипа Михайловича… И слава богу, что за те несколько визитов на полигон и в часть, я успел перезнакомиться с доброй половиной офицеров-бронеходчиков, если не больше. Иначе, черта с два бы мне, даже с помощью Осипа Михайловича удалось убедить командование прислать людей и технику. В общем, после всей этой кутерьмы, у меня нашлось, наконец, время для разговора с Никой и ее «помощницами», кстати, наотрез отказавших сдать взятое с наемников оружие прибывшим для их охраны гвардейцам.
Как выяснилось в ходе беседы, все «пассажирки» поезда попали в плен к мятежникам в разное время. Причем, большую их часть взяли обманом еще до начала всей этой заварухи. Кого-то хватали прямо на улице, кого-то выманивали за порог ВУЗов мнимые «приказные»… Были и такие, кто попал в плен уже во время мятежа, чьи дома были уничтожены наемниками и дружинниками восставших бояр.
Исключение составили воспитанницы частной, само собой, родовой школы, к которым относилась и Ника, оказавшаяся дочерью главы этой самой школы. Род служилых бояр Тверитиных, небогатый и не особо влиятельный, жил за счет небольшого артефактного производства и родового женского учебного заведения, где, в основном, находились на пансионе девочки из союзных семей, входивших в одну братчину. Таких же небогатых и не особо влиятельных, но крепко державшихся друг за друга и сильных этой своей сплоченностью. Школа находилась в предместьях, на территории усадьбы Тверитиных… и была уничтожена наемниками два дня назад… От семьи Ники остались только мать, старшая сестра и старший же брат, отправившиеся еще до Рождества в гости к родне в Новгород.
Грустно, конечно. Очень… но куда хуже были сведения, полученные мною от одного из гвардейцев, прибывших из части, для охраны бывших заложниц. Боярский городок больше не существует. Точнее, там осталось с десяток усадеб, скрывшихся под осадными щитам… и все. Остальное было перемолото в труху во время столкновений между боярами и боев мятежников с подошедшим Преображенским полком. И с той и с другой стороны участвовали одаренные и тактические комплексы, так что теперь, если верить словам бронеходчика, на месте «элитного» района Москвы, располагается огромное пепелище. Вот тут, у меня внутри все оборвалось… только запредельным усилием воли я задавил в себе желание немедленно куда-то бежать и что-то делать.
Очевидно, гвардеец понял мое состояние и не стал досаждать. Только хлопнул по плечу и двинулся к боевой платформе, экипаж которой, как я понял, должен усилить знакомый мне блокпост.
Я затушил окурок и, глубоко вздохнув, загоняя поглубже боль и страх, попытался определиться со своими дальнейшими планами. Не смотря на слова офицера, я должен сам побывать в боярском городке и посмотреть все своими глазами. Кто знает, нет ли среди того десятка усадеб, что успели укрыться за осадными щитами, и дома Бестужевых. Кроме того, мне совершенно точно нужно заглянуть домой… Еще, стоит навестить загородную усадьбу Громовых и… наверное, дом Филипповых.
Но сначала… нет, не в боярский городок. Первым делом, я наведаюсь домой. Шататься по воюющему городу, лучше нормально экипировавшись.
Поежившись от забравшегося под куртку стылого зимнего ветра, я покрутил головой и, не обнаружив поблизости ни одного человека, ушел в разгон. Бежать мне придется не один километр, а время уже очень далеко за полночь, и пусть зимой светает поздно, стоит поторопиться. Можно, конечно, угнать в городе какую-нибудь машину, но… лишний риск ни к чему. А укрыть целый автомобиль под отводом глаз я не смогу, точно. Это не мой «Лисенок», все-таки.
Идти через контролируемый наемниками район, после того как я угнал у них целый поезд с заложниками, желания у меня не было совершенно, именно поэтому для второго «забега», я выбрал другой маршрут, благо все тот же офицер, что рассказал мне о боярском городке, сообщил, какие районы находятся под контролем мятежников… примерно, конечно, очень примерно, но и это лучше, чем ничего. В результате, покрутив так и эдак карту с нанесенными под руководством гвардейца отметками, выведенную передо мной изрядно помятым, отключенным от сети браслетом, я сориентировался на местности и, мысленно проложив предполагаемый маршрут движения, чуть прибавил ходу.
Фили я прошел легко и без особых проблем, не выбираясь из парковой зоны, а район Пресни, явно находящийся под плотным контролем государевых войск, я вообще пролетел как на крыльях… Почти. А все потому, что застройка здесь позволила мне двигаться почти исключительно по крышам домов. Прыжок с одного дома на крышу другого, под разгоном не представляет большой проблемы. Если, конечно, есть достаточная разница в высоте зданий и расстояние между ними не превышает пятнадцати метров. Большее расстояние, как показала практика, уже опасно. Мне пришлось дважды пользоваться кинетическими щитами, в качестве эдаких ступеней, чтобы не загреметь с двадцатиметровой высоты на асфальт… тем не менее, этот метод хорошо показал себя и в районе Брестского вокзала, Там известного, как Белорусский. А все потому, что чуть севернее его, кажется проходила линия соприкосновения защитников трона и мятежников. По крайней мере, грохот в той стороне стоял серьзеный и небо то и дело озаряли вспышки взрывов. А когда я обнаружил засевших на крышах снайперов, пришлось сбавить ход и, спустившись наземь, укрыться за отводом глаз. В результате, расстояние в пару километров я преодолел едва ли не за то же время, что затратил на путь от кольцевой автодороги, до Брестского вокзала. И еще радовался, что не поддался соблазну и не двинулся через центр. Уж там-то, в непосредственной близости от Кремля, я думаю, контроль еще жестче.