Однако, в отличие от оперирования хасса, бизнес с тренировочными центрами по большей части получался у талулцев не очень. Почему — вот так с налету и сказать было сложно. То ли бродники вообще не слишком-то жаловали тренировки, предпочитая осваивать все, так сказать, в процессе и на практике, то ли, находясь в поселениях, предпочитали тратить время и деньги на то, чтобы отоспаться и оторваться, а не на то, чтобы гонять себя до седьмого пота, то ли степень освоения большинством талулцев своего родового искусства была не слишком впечатляющей… Одним словом, популярность этих тренировочных центров была не слишком-то высока. Редко когда какой из них просуществовал больше блоя, ну а о постоянно и долго работающих — во всяком случае, на начальных горизонтах, — Андрей вообще ничего не слышал. Хотя всегда интересовался чем-то подобным. Он ведь, после того, через что прошел в клинике Бандоделли, относился к тренировкам совершенно не так, как большинство бродников, а с очень большим пиететом. Так что когда во время очередных пьяных посиделок, из которых они во время первого сауса пребывания в Волкере практически не вылезали, один из бродников ехидно посоветовал другому: «А ты к Пангриму сходи, потренируйся…», Андрей сразу же сделал стойку…

Дальнейшее обсуждение будущих планов продолжилось недолго. Легкий с Кинжальником поначалу попытались аккуратно выяснить у лидера, каким это образом он собирается договориться с Пангримом, но тот отшутился, и бродники не стали настаивать.

Поев и договорившись о том, что Руб и Легкий после обеда двинутся в представительство торговой корпорации «Сислен», где прикинут, что и как им обновить в своем вооружении и снаряжении, лидер команды «Кузьмич» на минутку заскочил к владельцу «Белолобого красавчика», продлил у него аренду блока еще на один блой, после чего двинулся в сторону тренировочных покоев Пангрима.

До своей цели Андрей добрался только через лук, хотя идти тут было всего ничего. Но уж больно часто его хлопали по плечу, дружески тыкали кулаком в бок и торжественно пожимали руки. После их триумфального возвращения из последнего рейда, во время которого их команда так удачно, во всех смыслах, наткнулась на «Ливнис» и преследующую их тварь, едва только отойдя от Валкера на полтора сакаршема, прошло всего два дня. Так что и сам Андрей, и все остальные бродники его команды пока были в Валкере звездами. Как, впрочем, и бродники команды Гравенка. Пусть они и, так сказать, «потерпевшие», но все равно причастны к легенде. Вследствие чего в любой момент времени и в любой точке поселения можно было внезапно наткнуться на совершенно незнакомого тебе человека, у которого свербело непременно хлопнуть тебя по плечу, дружески ткнуть кулаком или еще каким образом выразить тебе свое восхищение и уважение. И приходилось терпеть. А куда деваться? От любви до ненависти, как говорится, один шаг, а Андрею для возможно более скорого исполнения его планов требовалось максимально возможное количество народной любви, известности и уважения.

Пангрим встретил его на… ну, по местным меркам это, наверное, можно было назвать ресепшеном.

— И что же такое произошло, что столь знаменитый в нашем поселении бродник решил почтить своим вниманием мою скромную обитель?

— Это просто, Пангрим, — улыбнулся Андрей. — У меня есть к тебе деловое предложение.

— Вот как? — делано удивился тот. — В таком случае — прошу за мной.

Кабинет Пангрима представлял собой комнату, вырубленную в скальном массиве. Никакого стола, который Андрей по привычке ожидал здесь увидеть, в кабинете не было. Только пара кресел, что-то типа канапе и небольшой столик, на котором стоял набор, который на Земле обозвали бы чайным.

— Кеоль? — вежливо поинтересовался Пангрим.

— Не откажусь, — кивнул Андрей.

— Итак… — подал сигнал к разговору владелец тренировочных покоев, когда они ополовинили чашки.

— Предложение у меня вот какое: не хочешь купить у меня чучело «черного вдовца»?

— Чу… — удивленно начал Пангрим, а потом запнулся и задумался. Андрей продолжал молча прихлебывать кеоль. Наконец Пангрим покачал головой и поднял взгляд на сидящего перед ним лидера команды «Кузьмич».

— И как ты мне объяснишь, для чего оно мне нужно?

— Ну… кое-что ты и сам уже прикинул, — усмехнулся Андрей. — Я же тебе скажу вот что. Ты, Пангрим, конечно, нашел свою нишу, и неплохую, что вызывает уважение. Насколько я понял, ты зарабатываешь приблизительно столько же, сколько обычный опытный бродник этого горизонта, только при этом не рискуя — ни остаться без добычи в случае неудачного рейда, ни потерять оружие и снаряжение, ни лишиться головы. Но… почему бы тебе не начать зарабатывать больше?

— И как я буду зарабатывать больше с помощью твоего чучела?

— А вот так. — С этими словами Андрей вывел на экран картинку со странички тренировочных покоев в местной сети. Там была изображена та самая рецепция, в которой Пангрим его и встретил. То есть, вернее, не точно та самая, а с небольшим дополнением, представлявшим из себя живописную композицию, центром которой было чучело «черного вдовца». Пангрим некоторое время молча рассматривал получившееся изображение, а затем вновь повернулся к собеседнику.

— Впечатляет, — коротко бросил он таким тоном, что за ним явственно чувствовался вопрос: «И что?»

И Андрей начал пояснения.

— Через саус-полтора сюда, в Валкер, должны прибыть бродники для участия в Совете, созванном для разбора моей ситуации, так?

— Так, — кивнул Пангрим, правда, немного насмешливо.

— И, если ты немного подсуетишься, а я еще чутка помогу, ничто не помешает сделать так, чтобы этот Совет прошел в твоих покоях. А что, чем плохо-то — антуражно, стильно, достойно.

— Та-ак… — уже куда более задумчиво протянул хозяин тренировочных покоев.

Андрей мысленно улыбнулся. Похоже, добыча заглотнула наживку.