– Уважаемые, на сегодня я предлагаю закончить наше тайное собрание. Ночь на дворе. А вам ещё возвращаться по тёмным улицам. Давайте по домам.

Благородные ещё о чём-то треплются, гремят отодвигаемыми стульями и топают на выход. Готал напрягся, сейчас самое главное не прозевать момент: витус Тебач сам пойдёт закрывать за благородными дверь. Обязательно пойдёт, Остом, привратник, дрыхнет на чердаке.

Голоса из кабинета витуса переместились в коридор. Пора!

Готал ловко вылез из-под кровати. Да! Чуть не забыл: приподнять тяжёлую кровать витуса и вытащить дощечку из-под ножки. Да! Её то же не забыть.

После тёмной спальни кабинет витуса кажется огненной Геполой, Готал сощурил глаза. Понатыканные где попало свечи изрядно оплыли, зато сколько их. А теперь самый ответственный момент отступления, Готал затаился перед дверью в кабинет – предосторожность прежде всего.

Какая удача! Дверь чуть-чуть приоткрыта. Готал припал ухом к щели. Никого, коридор пуст, только снизу, из холла, доносится гул голосов. Пора!

Едва приоткрыв дверь, Готал ужом выскользнул в коридор. Теперь вернуть дверь на место, чтобы щель была как и раньше. И… в спасительную темноту. Готал залег в том же углу, где, целую вечность тому назад, ждал, пока витус Тебач выйдет из кабинета встречать гостей.

Возможно, витус заглянет в личную уборную, он всегда так перед сном делает. А может ещё разок слуг проверит. Чучело в постели вместо живого человека может и не сработать. Но передвигаться по дому, когда витус Тебач бродит по коридорам с тремя свечками, ещё опасней. Тогда точно запалит.

Эмоции, эмоции, Готал улыбнулся. Как-то раз витус Тебач едав не застукал его в коридоре поздно ночью. Тогда Готал так же забился в угол и ещё долго дрожал от страха. Хорошо, что хватило ума одеть чёрную куртку и отвернуть лицо, витус Тебач с подсвечником наперевес прошёл в метре и ничего не заметил. Лучше подождать.

Витус Тебач довольно быстро выпроводил гостей. Но пришлось ждать, пока витус навестил личную уборную, зато не пошёл проверять слуг. К превеликому облегчению витус вернулся в кабинет и запер дверь. Стук задвигаемого засова показался пением ангелов. Готал чуть не растаял на полу от счастья – пронесло.

Теперь бы повеселиться, садануть кулаком от радости по стене и пуститься в пляс. Но нельзя! Просидеть несколько часов под кроватью благородного, услышать такое, а потом по-глупому засыпаться в безопасном коридоре? Готал тихой мышкой выбрался из угла и заскользил по коридору. Отсутствие света, даже самой маленькой и жалкой свечки, ничуть не мешает. Зря, что ли, столько раз подметал все эти коридоры, лестницы и комнаты.

Глава 15. «А почему бы и нет»?

Тау Нарт проснулся в великолепном, можно даже сказать в игривом, настроение. Тёплое одеяло прочь, вскочить на ноги и размяться. Дома нужно ночевать как можно чаще и как можно реже засиживаться на работе. Какой бы увлекательной и ответственной не была бы работа, взаимности от неё не дождёшься.

А за окном позднее утро, великолепное зимнее утро. До весны остался жалкий месяц. Ещё холодно, по ночам воет метель, но даже птички на крышах чирикают по-особенному. Понимают, птахи божьи, что не долго им осталось терпеть снег и холод.

Нарт смачно потянулся всем телом. Сейчас бы пробежать пару километров, помахать на свежем воздухе руками и растереть обнажённый торс свежим снегом. Не дело профессиональному разведчику жиром заплывать. Но! Наступило новое утро, за ним новый день, новые дела и новая головная боль. Сиди и жди, когда доминисты, заговорщики хреновы, очередной фортель выкинут. Некогда бегать, некогда махать руками и растираться свежим снегом. Пора одеваться и бежать на работу, а то Гепола уже высоко.

Нарт быстро и аккуратно заправил постель. Сказывается привитая в Легионе дисциплина, к тому же слуг у него нет. Нарт почти оделся, когда дверь в комнату с шумом распахнулась. Ну конечно же! Нарт быстро застегнул пуговицы на кителе. Ну кто ещё умеет вторгаться так некультурно и так бесцеремонно? Только вечно недовольная гора Окрен. В левой руке Агнессия держит веник и совок, а правой придерживает дверь.

– Ты ещё здесь? – с вызовом бросила гора Окрен.

Ни здравствуйте, ни доброго утра, а прямо с порога «Ты ещё здесь». Другой бы обиделся, но Нарт давно перестал обращать внимание на грубость и брюзжание дочери Легата.

– Давай, убирайся, - потребовала гора Окрен. – Мне твою комнату убрать нужно, как будто сам не можешь.

Главное, не поддаваться на провокацию, Нарт улыбнулся. Агнессия неисправима. Хотя… Нарт так и замер по среди комнаты. Впервые за несколько месяцев обратил на неё внимание не как на дочь начальника, а как на молодую и весьма красивую девушку. Свет из окошка падает прямо на неё и по-особому подчёркивает изгибы её стройного тела на фоне тёмного коридора за её спиной.

Если стянуть с неё блузку, то… у неё весьма округлая грудь. Не маленькая, но и не большая, как у многодетной матроны. Если скинуть платок и распутать волосы, то… очень даже ничего. У Агнессии великолепные тёмные волосы. А если заодно стащить юбку, то… Нарт даже сглотнул от возбуждения, у дочери Легата длинные ноги, упругая попка и тугие бёдра. На белой простыне, да ещё в горизонтальном положении, она смотрелась бы просто восхитительно.

Нарт, продолжая улыбаться, направился к выходу.