Я забыла, как дышать. Затаив дыхание, я несколько раз перечитала самые неожиданные строчки в письме, не веря своим глазам. Тони подарил мне здание, в котором Кай организовал приют для животных, в то время как я утопала в депрессии вдали от дома. Это просто невероятно! Я была готова оставить всё и променять насыщенную жизнь, полную нежности и приключений, на уныние и саморазрушение. Тони считает меня созидательницей, и я стану ею ради его веры в меня, ради нашей с Каем любви, ради надежд родителей.

Я коснулась рукой серёжек с небесными осколками, на обороте которых выгравировано по слову «будь» и «счастлива», и представила умирающего Тони, пишущего дрожащей рукой прощальное письмо. Он написал последние абзацы за два дня до смерти, как будто сомневался в правильности своих слов. Он так отчаянно хотел получить моё прощение, что сделал мне дорогой сердцу подарок. Теперь я перед ним в долгу. Всегда была. Он подарил мне лишние шестьдесят лет жизни, но я не понимала всей прелести этого времени.

Я всегда жила мыслями двадцатилетней Евы, перечитывала обрывки воспоминаний, склеивала из них своё прошлое, приукрашала и верила в него, но забывала, что нужно жить настоящим и уж тем более — будущим. Мне стыдно за боль, причинённую людям, которые любили и окружали меня. Некоторых из них уже нет в живых, но те, кто жив, узнают, что Ева Стюарт-Таймерли тоже способна любить.

Закрываю глаза, чтобы сдержать фонтан из слёз, но он просачивается сквозь ресницы, и я позволяю ему вырваться наружу, отпуская на волю душевные терзания и чувство вины. Когда бассейн осушается, не даю себе окончательно расклеиться, прижимаю к сердцу письмо и иду мыть посуду. Касси следует за мной. Она всегда охраняла мой покой и дарила тепло. Люди недооценивают кошек. Мне давно пора брать с маленькой Касси пример.

Новый 2063 год мы встретили так, как и планировали (весело и дружно), но наша компания увеличилась на одного человека с приездом Дастина Райтона. Кай не ожидал, что отец навестит его так скоро, а Дастин не ожидал встречи со мной, к тому же ещё в качестве девушки его сына. К моему удивлению, неожиданность для него была приятной. Дастин поинтересовался у Кая, почему тот не рассказал ему об отношениях со мной и расстроился, что не привёз мне подарок. Увидев мои серьги и узнав о наличии у меня идентичного камня, Дастин заказал в ювелирном салоне Оливера подвеску в виде крыльев ангела в таком же стиле и из таких же материалов. Подарок был готов уже через неделю, и я отправила Дастину (на тот момент он вернулся домой) фотографию изделия со словами благодарности. Теперь наши с Тони небесные осколки в красивой оправе. Буду их носить с удовольствием, как и свои символичные изображения на запястьях. Время окрыляет.

— Тебя не смущает, что Дастин будет думать, что я старше тебя на семь лет? — спросила я у Кая утром после новогодней ночи, когда гости разошлись.

Я давно так не веселилась. Мы обменивались подарками, танцевали, устраивали игры и конкурсы, в которых участвовала даже Сиена.

— Это лучше, чем на все шестьдесят, но меня и эта разница не смущает, — честно ответил Кай, перебирая мои волосы.

Мы лежали на полу под ёлкой, глядя на огонь в камине, и запивали наше счастье горячим шоколадом.

— Я запуталась в своём возрасте, это ужасно.

— Мы, кажется, удостоверились, что теперь с тобой всё в порядке, — сказал Кай, имея в виду мои физические изменения на гормональном уровне и истощение организма при сильной нагрузке.

Я больше не могу пробежать километр без отдышки, не могу насытиться одноразовым питанием и выспаться за три часа в день. Тело объявило мне войну, потребовало подпитки, как будто вышло из долгой спячки и навёрстывает упущенные годы лени. Плюс к этому я не лишилась дара исцеления. Наиприятнейший бонус. Недавно на улице мы нашли пса с раненой лапой. Я боялась проверять свои способности, но после моего прикосновения его кожа затянулась. Четвероногий пациент не только перестал хромать, но и стал первым жителем нашего с Каем приюта.

— Да, но это может быть совпадением или самовнушением! Даже если я действительно стала нормальной, то ненормален тот факт, что по паспорту мне тридцать два года, фактически — восемьдесят два, а биологически — двадцать один. Последняя цифра, между прочим, примерная. Как мне с этим жить?

— Как написано в документе, — ответил Кай, гладя меня пальцем по щеке. — Ты будешь чувствовать себя уверенней через пару десятков лет…

— Потому что буду выглядеть моложе своих сверстниц? — предположила я, вспомнив фразу Тони в письме. Кай кивнул. У меня есть в запасе и его цитаты. — И сама себе буду завидовать.

— Наконец-то ты поняла! — Кай умеет поддержать в трудную минуту. — А насчёт твоей запутанности в возрасте…Ты напоминаешь мне русалку Ариэль. Вам обеим больно ступать по земле, потому что одна недавно обрела ноги, а другая — уверенность в завтрашнем дне.

— И эта «другая» начала заново своё развитие во всех смыслах, — немного помолчав и осмыслив слова Кая, сказала я. — Первый плюс в том, что мне больше не придётся менять паспорт.

— А как насчёт смены фамилии?