Так же на пользу налаженному бизнесу по несению в массы дешевой еды, напитков и зрелищ, не пошло само наличие сконцентрированного кластера смертников в непосредственной близости. То бишь, если по нашему по простому — не шли людишки за дешевой вкуснятиной и зрелищами, потому что боялись как самих смертников, так и окружающих их вдребаган пьяных бандитов.

Мусор, ревущая музыка, хохочущие и рыгающие прямо под ноги мужики и женщины, возникшая гнетущая атмосфера и напрочь исчезнувшее своеобразное очарование квартала… это кого хочешь выведет из себя. Тем более вечно улыбающихся китайцев относящихся к деньгам как к живому божеству.

И посему я не был особо удивлен, когда едва только приблизившись к нужному мне сектору, столкнулся с одетым в простой черный костюм безымянным китайцем, который после короткого поклона сообщил мне в цветастых выражениях, что никто из местных обитателей мне помогать ни в коем случае не станет, но и на пути не встанет. Встреча длилась не более пары минут, после чего обладатель черного костюма бесследно исчез, оставив после себя слабый запах мускусного одеколона.

Я не стал спрашивать откуда он меня знает и от чьего имени передает сообщения. Все и так ясно. Я лишь молча кивнул и занялся подготовкой к неизбежной стычке. И начал я не с распаковки самодельного дробовика. Нет. Я начал с информационной бомбардировки — голосовые и текстовые сообщения.

Пока я наблюдал за входами в бывший полицейский участок, время летело вперед, и вот уже снова в коридоре зазвучал синтезированный женский голос: «Уважаемые и добропорядочные граждане! Объявляем, что сегодня состоится ликвидация нескольких смертников приговоренных законным судом к смерти через камеру расщепления…».

Я не верю, что все шестерки смертников преданы им до гробовой доски. Не верю и все тут. Наверняка некоторые до сих пор в том здании лишь потому, что не верят в мой приход. А вот сейчас, после четкого и ясного уведомления, многие крысы попытаются слинять с тонущего корабля. Дело даже не в моей вере, а в том, что я уже успел убедиться — большинство думает лишь о собственной шкуре и понятия «преданность» и «честь» им попросту незнакомы или же абсолютно чужды.

— Запускаю сетевые информационные пакеты — уведомил меня Лео.

— Ок — отозвался я.

Музыка грохотала столь громко, что большинство из засевших в крысином участке ублюдков даже и не слышали голосовых объявлений. А вот в сети они торчат постоянно — это въевшаяся в жилы и хребты человечества привычка никогда уже не отпустит людской род. Мы дети сети. Мы ее придаток. Люди бросают взгляды на экраны браскомов в среднем раз в пару минут, множество устройств постоянно в сети, выводя на экран актуальную для этого станционного сектора информацию — от ближайших кафешек, баров, магазинчиков и так далее. Все пестрит рекламными сообщениями. И мое объявление влилось в этот нескончаемый поток легко и просто, начав появляться на экранах различных устройств, включая настенные инфо-панели, наличествующие здесь в похвальном количестве.

Реакцию я смог увидеть сразу же — один из продолжающих поливать пол коридора шестерок бросил короткий взгляд на противоположную стену. И увидел большой и внятный текст, где каждое слово «гросс» было выделено жирным красным цветом и увеличенным шрифтом, дабы сразу бросалось в глаза даже столь конченым неучам и наркам с прогнившими от химического дерьма мозгами. Мужик «сыкун» с двухнедельной небритостью и покрасневшими глазами вздрогнул, вчитался, а затем рванул к двери, позабыв спрятать свой отросток обратно в штаны.

Вот и первая «ласточка» полетела с новостью в небритом клювике…

Спустя три-четыре минут резко заглохла грохочущая музыка, стены перестали сотрясаться от вибрации. Снова в воздухе зазвенели заглушаемые раньше вопли азиатских киношных героев. Так как раз кто-то смачно рубился на мечах. Я не видел, что происходило внутри здания, но там точно что-то творилось, судя по резко захлопнутой двери — последний из остававшихся «сыкунов» едва успел заскочить внутрь.

Хм,… а вот это совсем круто… — вновь запустили кислотную музыкальную долбилку, из приоткрывшейся двери высунулась рука вооруженная каким-то совсем уж большим и достаточно уродливым оружием. Короткий стрекот и в висящий на стене коридора инфо-экран с моим сообщением мгновенно потух. Прострелили телевизор…

И дали ясный ответ на мое сообщение. Вот только сомневаюсь я, что ответ был принят всеми единодушно и единогласно. Но пока что даже самые отъявленные трусы продолжают сохранять на лице деланное спокойствие. Либо же их мозги настолько затуманены наркотиками и алкоголем, что им уже на все наплевать.

— Звонок Дораати — велел я и на этот раз Лео молча соединил меня с агентством Дораати, специализирующемся на дешевых секс услугах.

— Привет! — звонко, певуче и несколько устало отозвались на той стороне.

— Говорит гросс Тимофей Градский — проинформировал я собеседницу.

— Эм… слушаю… сэр…

— Ваши девушки и мальчики сейчас в секторе СИ-212, в здании бывшего полицейского участка — буднично и просто продолжил я — Скоро там начнется операция по уничтожению преступников заочно приговоренных к смерти. От лица организации гроссов прошу оказать содействие и забрать всех своих сотрудников оттуда, иначе они могут пострадать. Вы услышали мое сообщение?

— Да… да… но, сэр, понимаете… как я могу это сделать?