Шрифт:
– Но раз он зашел так далеко, вряд ли он теперь убежит, верно?
– Может быть, — согласилась Тесла, наливая кофе. — Сахар есть?
– Нет, но есть пирожные и чиз-кейк. Черствые, но съедобные. Похоже, тут работали сладкоежки. Хочешь?
– Хочу, — сказала Тесла, отпивая глоток кофе. — Надеюсь, ты прав…
– Насчет сладкоежек?
– Насчет Яффе.
– Ему на нас плевать, — сказал Хочкис. — Меня тошнит от него.
– Ну, у тебя есть причины, — ответил Грилло.
– Ты чертовски прав, — согласился Хочкис и искоса взглянул на Теслу. — Когда все это кончится, оставьте его мне, ладно? Нам есть о чем побеседовать.
Он не стал ждать ответа. Захватил свою чашку и вышел на солнце.
– О чем это он? — спросила Тесла.
– О Кэролин, — ответил Грилло.
– Точно.
– Он винит Яффе в том, что с ней случилось. И он прав. — Да, он прошел сквозь ад.
– Думаю, в нашем путешествии для него не было ничего нового.
– Может, и так. — Она допила свой кофе. — Что ж, я немного подкрепилась, пойду поищу Яффе.
– Прежде чем ты уйдешь…
– Что?
– Я просто хотел сказать… то, что случилось со мной там, внизу… Прости, что я оказался настолько бесполезным. У меня фобия оказаться похороненным заживо.
– Достойное оправдание, — сказала Тесла.
– Я очень хочу помочь. Сделаю все, что ты скажешь. Тебе пришлось справляться с задачей в одиночку.
– Это не совсем так.
– Как тебе удалось убедить Яффе пойти с нами?
– Он загадал мне загадку. Я ее разгадала.
– Так просто звучит.
– Все вообще проще, чем кажется. То, с чем нам предстоит столкнуться, настолько огромно, что остается положиться на инстинкт.
– С инстинктом у тебя всегда было лучше. Я предпочитаю факты.
– Факты тоже довольно просты — есть дыра, и из нее к нам приближается то, чего люди вроде нас с тобой и представить не способны. Если мы дыру не закроем, нам конец.
– А Яффе знает, как?
– Что «как»?
– Закрыть дыру? Тесла посмотрела на него.
– Думаю, нет.
Она нашла Яффе на крыше. Это было последнее место, куда она заглянула в своих поисках. И больше того — она застала его в положении, какого меньше всего от него ожидала, — он смотрел на солнце.
– Думала, ты нас бросил, — сказала она.
– Ты была права. Оно светит всем — и плохим, и хорошим. Но оно меня не греет. Я забыл, что такое тепло. И что такое холод. Что такое быть голодным или сытым. Я так по этому скучаю.
Его самоуверенность, так явно проявлявшаяся в пещерах, теперь пропала. Он выглядел почти испуганным.
– Может, тебе удастся это вернуть, — предположила Тесла. — Я имею в виду человеческое. Исправить то, что изменил нунций.
– Хотелось бы, — ответил он. — Хотелось бы снова стать Рэндольфом Яффе из Омахи, штат Небраска. Повернуть время вспять и никогда не входить в ту комнату.
– Какую комнату?
– В комнату мертвых писем в почтовом отделении, — сказал он, — где все и началось. Надо бы рассказать тебе об этом.
– Хотелось бы послушать, но сначала…
– Знаю. Знаю. Лом. Разрыв.
Теперь он взглянул на нее или скорее за нее, на Холм.
– Рано или поздно нам придется туда подняться, — напомнила она — Я бы предпочла сделать это сейчас, пока светло и у меня еще остались силы.
– И что будет, когда мы там окажемся?
– Будем надеяться на вдохновение.
– Откуда? — спросил он. — Ни у кого из нас нет богов. Именно этим я и пользовался все эти годы — безбожностью людей. Теперь мы такие же.
Она вспомнила, что сказал д'Амур в ответ на ее слова о том, что она не молится: именно теперь, когда знаешь, сколько от тебя зависит, молиться имеет смысл.
– Круг замыкается, и я прихожу к необходимости верить, — проговорила она, — хотя и медленно.
– Во что верить?
– В высшие силы, — ответила она неуверенно дернув плечами. — Ведь и члены Синклита верили. Чем я хуже?
– А они верили? — удивился он. — Думаешь, они охраняли Искусство, потому что Субстанция должна быть защищена? Не уверен. Они просто боялись того, что могло прийти извне. Они служили сторожевыми псами.
– А если долг возвысил их?
– Возвысил? Они стали святыми? Киссун не слишком похож на святого. Он работал на себя. И на иад-уроборосов.
Это была суровая правда. Словам д'Амура о вере в загадочное противоречил Киссун, утверждавший, что все религии — прикрытие Синклита, способ отвлечь простой люд от тайны тайн.