Шрифт:
– Я не дьявол. Я приехал сюда не для того, чтобы причинить кому-нибудь боль.
Она ничего не ответила.
– Я р… р… я родился здесь, — продолжал он, — в Паломо-Гроуве.
– Знаю, — сказала она.
Так, так, подумал он, вот это новость.
– А что еще вы знаете? — спросил он довольно тихо.
Ее глаза метнулись к дверям, и он понял: она молится своему Великому белому богу, чтобы кто-нибудь вошел и избавил ее от этого парня и его проклятых вопросов. Но ни бог, ни покупатели не появлялись.
– Что вы знаете обо мне? — снова спросил Хови. — Ничего плохого, надеюсь?
Луис Нэпп чуть пожала плечами.
– Нет.
– Тогда что?
– Я была знакома с вашей матерью, — сказала она и замолчала, словно одного этого было достаточно. Он ничего не ответил, давая ей возможность закончить мысль. — Конечно, не слишком близко. Она была немного моложе. Но у нас все друг друга знают. И потом, когда все это случилось… это происшествие…
– М-м-можете г-говорить прямо, — перебил Хови.
– Что говорить?
– В-вы говорите «п-происшествие», но ведь ее изнасиловали, не так ли?
По выражению лица Луис он понял: она надеялась, что этого слова (и ему подобных непристойностей) никто никогда не посмеет произнести у нее в магазине.
– Я не помню, — почти презрительно сказала она. — А если бы и вспомнила…
Она замолчала, вздохнула и резко сказала:
– Почему бы вам не вернуться туда, откуда вы появились?
– Я и вернулся сюда. Здесь мой родной город.
– Я не об этом. — Теперь в ее голосе слышалось скрытое прежде раздражение. — Неужели вы не видите связи? Стоило вам здесь появиться, как погиб мистер Вэнс.
«Да я-то здесь при чем, черт возьми?» — хотел спросить Хови. В последние сутки он не очень следил за событиями, однако слышал, что поиски тела закончились еще большей трагедией. Но он не видел связи.
– Я не убивал Бадди Вэнса. Моя мать, разумеется, тоже. Очевидно, смирившись с выпавшей на ее долю ролью вестника, миссис Нэпп оставила намеки и торопливо, чтобы скорей с этим покончить, заявила прямым текстом:
– Мистер Вэнс погиб на том самом месте, где была изнасилована ваша мать.
– На том же самом? — переспросил Хови.
– Да, — последовал ответ. — Так мне сказали. Я не собираюсь проверять. В жизни и так достаточно зла, чтобы идти его искать.
– И вы думаете, что я как-то с этим связан?
– Я так не говорила.
– Нет. Но п… п… но вы п-подумали.
– Хорошо, пусть так: да, я так подумала.
– И вы хотите, чтобы я ушел из магазина и не распространял тут своего дурного влияния?
– Да, — сказала она честно. — Именно. Он кивнул.
– Ладно. Я уйду. Как только вы пообещаете сказать Джо-Бет, что я к ней приходил.
На лице миссис Нэпп отразилось явное смятение. Однако страх перед Хови, давший ему власть над женщиной, заставил ее согласиться.
– Я прошу не много, — сказал он. — Вам не придется даже лгать.
– Конечно не придется.
– Так вы скажете ей?
– Да.
– Клянетесь Великим белым богом Америки? — спросил он. — Как там его? Кецалькоатлем?
Луис не поняла, о чем он.
– Неважно, — сказал он. — Уже ухожу. Простите, если испортил вам утро.
Оставив испуганную миссис Нэпп в одиночестве, он вышел на улицу. За те двадцать минут, что он провел в магазине, тучи рассеялись и солнце осветило Холм, играя бликами на стенах мола. Девушка его мечты все-таки оказалась права.
V
Грилло проснулся от телефонного звонка, протянул руку, перевернув полупустой бокал с шампанским (его последний тост прошлым вечером был за Бадди — ушедшего, но не забытого!), выругался и снял трубку.
– Алло? — прорычал он.
– Я тебя разбудила?
– Тесла?
– Люблю, когда мужчина помнит мое имя.
– Который час?
– Поздний. Пора уже встать и взяться за дело. Я хочу, чтобы ты разделался с Абернети к моему приезду.
– Ты о чем? Ты едешь сюда?
– Ты должен мне обед за слухи про Вэнса. Так что найди местечко подороже.
– Когда ты приедешь? — спросил он.
– Не знаю. Примерно…
Она задумалась, а Грилло положил трубку и ухмыльнулся, представив себе, как она ругает его на чем свет стоит на другом конце провода. Однако улыбка сползла с его лица, едва он поднялся с постели. Голова гудела как барабан; если бы он допил последний бокал, то, наверное, вообще не смог бы встать сейчас. Он позвонил вниз и заказал кофе.