– Ладно, живи. А ты уверена, что за тобой нет хвоста? Вдруг тебя вычислят?

– Уверена. Люди, которых я опасаюсь, сами находятся в бегах. Как только их найдут, я могу вернуться домой.

Саня, внимательно слушавший наш разговор, наконец решил вмешаться.

– Лариса, можно я перейду на «ты»?

– Можно, конечно!

– У тебя большие проблемы и тебе нужно спрятаться на какое-то время?

– Да, я попала в такое дерьмо, что теперь и сама не знаю, как выпутаюсь. Свора придурков гоняется за мной, с тем чтобы убить. Только я на тот свет не тороплюсь, поэтому хотите вы этого или не хотите, но я буду здесь сидеть столько, сколько сочту нужным, и хрен вы меня отсюда выгоните!

Я замолчала и залпом выпила свой кофе. Саня засмеялся и посмотрел на Толика.

– Толик, где это ты с такой боевой девчонкой познакомился?

– На кладбище, – ухмыльнувшись, ответил тот.

– Она хоронила одного их своих возлюбленных?

– Нет. Она лежала в могиле нашего деда. Она забралась в могилу точно так же, как в этот дом, и не хотела оттуда вылезать.

Саня поперхнулся кофе и закашлялся. Толик постучал его по спине и грустно улыбнулся.

– Я тебе правду сказал. Эта девушка лежала в могиле нашего деда. Именно оттуда я ее извлек.

– Не обязательно внедряться в такие подробности, – наградила я Толика суровым взглядом.

Толик закурил сигарету. Саня взял в руки чашку и по неосторожности пролил несколько капель на костюм. Я вскочила, намочила тряпку и осторожно потерла его пиджак. Саня ошарашенно смотрел на меня, не в силах произнести ни слова.

– Я и в самом деле лежала в могиле вашего деда, – прошептала я. – Меня туда закопали какие-то отморозки. Толик забыл свои часы и вернулся на кладбище. Там он меня и нашел. Раскопал и привез сюда. Вот и вся история.

– Ничего себе история, – присвистнул Саня. – А за что тебя закопали?

– Я работала в палатке на базаре. Торговала юбками. Распродала свой товар и не захотела делиться выручкой во всякой шантрапой.

Врет она все, – перебил меня Толик. – За юбки не закапывают. Кому нужны твои юбки! Она наркотой торговала или оружием. Только за такие дела человека живьем закопать могут! Ты, наверное, героином приторговывала? Нормальную дозу продала, а корешей без денег оставила.

– Никаким героином я не торговала! – взорвалась я. – Я даже не представляю, как этот чертов героин выглядит! И оружия у меня никогда не было! Я и сама не знаю, за что меня закопали, ведь у меня в палатке только эти юбки дурацкие были! Я хотела разобраться во всем, нашла на базаре своего крышевого, рассказала о том, что со мной произошло… Он хотел за меня заступиться, но его убили… Пока этих гадов не найдут, я отсюда никуда не двинусь. Для меня здесь самое безопасное место! – Резко повернувшись, я случайно задела задний карман брюк. Лежавший в нем пистолет с оглушительным грохотом выпал на пол. Братья вздрогнули и во все глаза уставились на него. Я наклонилась, подняла пистолет, повертела его в руках и небрежно положила на стол, всем своим видом показывая, что не случилось ничего из ряда вон выходящего. Первым нарушил молчание Толик.

– Вот тебе и торговля юбками… Оружия она никогда не видела. Строишь из себя невинную овечку, вешаешь нам лапшу на уши… У тебя, подруга, дела намного серьезнее твоих юбок.

– Это не мое оружие. Я подхватила его на поле боя. Я решила, что мне оно пригодится, а мертвым пистолет ни к чему.

– Саня, как бы у нас от этой девушки неприятностей не было, – покачал головой Толик. – Я ее уже предупреждал. Она баба шальная. У нее ни царя, ни Бога в голове нет, а у нас с тобой вся жизнь впереди. На черта нам нужно с ней связываться…

– А я вас и не прошу со мной связываться! Занимайтесь своими делами. На меня не обращайте внимания. Я просто в этом доме немного отсижусь, и все. Вы, вообще, зачем сюда приехали?

– Да так просто, дом проведать. Я сегодня у матери ночевал. Она попросила нас кое-что из вещей привезти, – пояснил Саня. – Мы и не знали, что в этом доме такая гостья появилась… Лариса, я могу предложить тебе более надежное убежище.

– Какое? – насторожилась я.

– Ты можешь немного пожить у меня, в уютной, со всеми удобствами квартире. Здесь ведь нет никаких условий, да и продуктов-то раз два и обчелся. На мой взгляд, девушке страшно одной в частном доме ночевать. Тем более что здесь несколько иней назад умер человек.

– Я покойников не боюсь.

– Может быть. Но все же я предлагаю тебе подумать.

– Зачем тебе это надо, Сашок? – вмешался Толик.

– Девушка больно красивая! Разве можно такую в землю закапывать? Да и не все же мужчины звери. Вот я, например, хочу помочь такой замечательной девушке!

– Я принимаю твою помощь, – кивнула я, игнорируя полный презрения взгляд Толика.

Через десять минут мы уже сидели в Саниной машине и ехали по направлению к городу. Всю дорогу Толик досаждал нам своими дурацкими предостережениями, поэтому, когда он наконец вышел, я с облегчением вздохнула.

У Сани оказалась просторная двушка почти в самом центре Москвы Я прошла внутрь и плюхнулась на диван. Саня подкатил стеклянный столик, на котором стояла бутылка французского коньяка и лежала коробка дорогих конфет.

– Лариса, извини, я холостяк, обедаю в основном в ресторанах. Если хочешь, могу сварганить тебе яичницу с ветчиной.

– Сваргань, – обрадовалась я. – Но пою» ты будешь возиться на кухне, я бы хотела принять ванну.

Сашка набрал полную ванну воды, дал мне чистое полотенце и ушел. Откиснув немного, я надела длинный махровый халат, слегка побрызгалась приятно пахнущей туалетной водой и пошла искать Сашку.