Требовалось принять решительные меры против вражеских диверсантов и разведчиков. В июле 1942 года бюро обкома партии на своем заседании с участием командиров бригад М. Шмырева и М. Дьячкова рассмотрело вопрос «О состоянии разведывательной работы в партизанских отрядах». Оно потребовало от командиров и секретарей райкомов партии обратить особое внимание на организацию разведки и контрразведки. В это дело включилась областная группа НКВД.

По указанию бюро обкома во всех отрядах и бригадах ввели должности заместителей командиров по разведке, укрепили разведывательные подразделения коммунистами и комсомольцами.

На заседании обкома был поставлен вопрос и об организации широкой агентурной разведки, о поддержании самых тесных связей партизанских отрядов и бригад с подпольными организациями, действовавшими в районах расположения вражеских гарнизонов. Обком потребовал создавать широкую, хорошо продуманную сеть связных с тем, чтобы в каждой деревне иметь надежных людей, которые бы информировали буквально о каждом шаге противника.

В августе бюро обкома заслушало информацию начальника областной группы НКВД С. Юрина о ходе выполнения июльского решения. Было уже сделано немало. Провели краткосрочные курсы работников, выделенных для ведения разведки и контрразведки. В зоны и бригады послали девять разведчиков. Оперативную работу в Витебске и Витебском районе возглавлял А. П. Максименко, в Меховском — А. А. Степанов, в Городокском — М. П. Хохлов. В Россонской зоне работала группа под руководством И. А. Сычева, несколько позже в Оршанско-Сенненской — А. П. Максименко. Чекисты находились и в других зонах и районах. Они оказывали большую помощь командирам и комиссарам бригад и отрядов в организации разведки и контрразведки, в охране подразделений от проникновения вражеских агентов и диверсантов, в проведении борьбы с предателями, в разложении вражеских «добровольческих» формирований.

Тесный контакт командно-политического состава и подпольщиков с чекистами давал хорошие результаты. В короткие сроки удалось подобрать и заслать подпольщиков во вражеские гарнизоны, в немецкие оккупационные организации и учреждения. Заметно усилился сбор разведданных для Красной Армии и партизан. Подпольные райкомы партии, командование партизанских бригад и отрядов позаботились о наведении порядка в своих зонах. Все мелкие партизанские группы были присоединены к отрядам, входившим в бригады. В лесах не стало «бесхозных» групп, которые никому не подчинялись.

Таким образом, из рук противника был выбит серьезный козырь. Ведь немецкие разведорганы нередко засылали в леса группы провокаторов, которые прикидывались партизанами. Разоблачать их было трудно. Не раз случались такие эпизоды:

— Вы кто такие? — спрашивали народные мстители появившихся пришельцев.

— Партизанская группа. Действуем самостоятельно, — отвечали лазутчики.

И это принималось на веру. Теперь такое сойти не могло. Какая бы группа в зоне ни появилась, у нее требовали указать, из какого она отряда или бригады. Если пришельцы начинали юлить, их брали на подозрение и тщательно проверяли.

Строже стали подходить и к приему в партизанские отряды. По указанию обкома партии прием новичков проводили лично командиры и комиссары бригад и отрядов. Они беседовали с каждым вступающим. Сомнительных лиц до проверки не принимали.

Командиры и комиссары вместе с чекистами постоянно думали над тем, как закрыть лазейки для вражеских агентов. Некоторые командиры по своей инициативе создали специальные группы из актива, которые следили за каждым новым человеком, приходившим в деревню, задерживали подозрительных и сопровождали их в партизанские отряды. Усилили внимание к несению караульной службы. Подпольные райкомы партии, партийные организации воспитывали партизан в духе высокой бдительности. Этому служили партийные и комсомольские собрания в отрядах и бригадах, беседы командиров, комиссаров, агитаторов.

Противник не гнушался никакими средствами, лишь бы проникнуть в партизанские ряды, выведать военную тайну, нанести народным мстителям ущерб. Партизанская контрразведка старалась пресечь происки врага, и это ей во многих случаях удавалось.

Однажды из Сенно в бригаду Леонова пришла молодая женщина.

— Помогите мне добраться до штаба бригады, — попросила она хозяев хаты, в которой остановилась на ночь. — Я убежала из фашистской тюрьмы, мой брат воюет в партизанах.

Через день связной доложил командиру бригады В. Леонову о желании этой женщины стать партизанкой.

— Наконец-то появилась птичка, — улыбнулся Леонов.

Недавно он ознакомился с донесением связного о том, что начальник сенненской полиции забросил в лес террористку. Ей поручалось войти в доверие к партизанам, а потом совершить свое гнусное дело. Не вышло! Благодаря бдительности партизанских разведчиков преступница была своевременно обезврежена.

Как-то в 1-ю Белорусскую бригаду пришла девушка.

— Нас схватили немцы, — рассказывала она со слезами на глазах, — погнали на станцию, хотели отправить в Германию. Мне чудом удалось убежать.

Ее зачислили в партизанский отряд. Эта немецкая лазутчица действовала, как ей казалось, настолько умно и хитро, что ни одним своим шагом не давала повода для подозрений. А в действительности она уже была на примете у нашей разведки. В штабе бригады знали, что лазутчицу интересует положение дел в соседних отрядах, что она не раз пыталась выведать, какой отряд, когда и какую боевую операцию проводит и т. д. При попытке передать шпионские сведения фашистскому связному ее арестовали. При обыске обнаружили тщательно спрятанный пропуск СД.