Шрифт:
Д’Агоста кивнул.
– Мне нужно, чтобы вы взяли отпуск. Наверное, на целый год.
– На год?!
Пендергаст опрокинул в себя остатки бренди.
– Может, потребуется несколько месяцев, а может – недель. Заранее сказать нельзя.
– Потребуется на что?
Пендергаст ответил не сразу.
– Я вам рассказывал о Хелен, моей покойной жене?
– Нет.
– Она погибла двенадцать лет назад во время сафари в Африке. Ее загрыз лев.
– О боже… сочувствую.
– Я всегда думал, что это был несчастный случай. Теперь знаю, что нет.
Д’Агоста ждал.
– Ее убили.
– Господи!
– Следов уже не осталось, Винсент. Вы мне нужны – ваш опыт, находчивость, ваше знание людей, ваше логическое мышление. Помогите мне найти того или тех, кто это сделал. Я, конечно, оплачу все расходы и позабочусь, чтоб ваш заработок и страховка не пострадали.
В салоне воцарилась тишина. Д’Агоста был ошеломлен. А как же его карьера, его отношения с Лорой, его будущее? Безответственный план. Мало того, просто безумный.
– Расследование официальное?
– Нет, только вы и я.
– А когда найдем убийцу?
– Позаботимся о правосудии.
– То есть?
Пендергаст яростным жестом плеснул в стакан бренди, проглотил и опять уставился на д’Агосту холодным, как платина, взглядом.
– Мы убьем его.
Глава 7
«Роллс-ройс» несся по Парк-авеню; мимо желтыми пятнами мелькали запоздалые такси. Д’Агоста сидел рядом с Пендергастом и старался не обращать любопытного взгляда в его сторону. Таким он его раньше не видел: нетерпеливый, взъерошенный…
– Когда вы это узнали? – отважился спросить Д’Агоста.
– Сегодня вечером.
– И каким образом?
Машина резко свернула на Семьдесят седьмую улицу и понеслась к Центральному парку. Пендергаст убрал в бар стакан из-под бренди, который до сих пор, сам того не замечая, держал в руке. Глубоко вздохнул.
– Двенадцать лет назад в Замбии нас с Хелен попросили убить льва-людоеда, льва с необычайной красной гривой. Точно такой лев наводил ужас на местных жителей сорок лет назад.
– А почему попросили именно вас?
– Частично из-за того, что у меня была профессиональная лицензия на отстрел. В этом случае полагается по требованию властей убивать любых животных, угрожающих деревням или охотничьим лагерям. – Пендергаст не отрываясь смотрел в окно. – Лев убил немецкого туриста прямо в лагере сафари. Мы с Хелен выехали из нашего лагеря, чтобы покончить со зверем.
Машина двигалась по парку, сверху в тревожном ночном небе мелькали голые ветки.
– Лев бросился на нас из укрытия, напал на меня и следопыта. Когда зверь уходил в буш, Хелен выстрелила в него и как будто промахнулась. Она стала перевязывать следопыта… – У Пендергаста задрожал голос, и он замолчал, пытаясь взять себя в руки. – Стала перевязывать следопыта, и тут лев бросился второй раз. Он уволок Хелен. Больше я ее не видел. Живой не видел.
– Боже мой! – У д’Агосты по коже пробежали мурашки.
– Сегодня вечером в нашем поместье я случайно обратил внимание на ее винтовку. В то утро, двенадцать лет назад, кто-то вынул из винтовки боевые патроны и вставил холостые. Она не промахнулась. Пули просто не было.
– Вот черт! Вы уверены?
Пендергаст отвернулся от окна и тяжело уставился на лейтенанта.
– Винсент, стал бы я все это говорить… и был бы я сейчас здесь, не будь я полностью уверен?
– Простите.
Оба замолчали.
– Значит, вы это обнаружили сегодня вечером в Новом Орлеане?
Пендергаст коротко кивнул:
– Я заказал чартерный рейс.
«Роллс-ройс» затормозил на Семьдесят второй улице перед входом в «Дакоту». Едва автомобиль остановился, как Пендергаст выскочил наружу и пробежал мимо помещения охраны под сводчатую арку каретного подъезда, не обращая внимания на крупные капли дождя, что шлепались на асфальт. Д’Агоста рысил следом – в большой внутренний двор, мимо ухоженных растений и журчащих бронзовых фонтанов к узкому вестибюлю в юго-западной части здания. Пендергаст нажал кнопку лифта, и двери с шорохом разошлись. Поднимались молча. Через минуту двери опять раскрылись, и друзья попали в небольшое помещение с единственной дверью в торце. Замочной скважины д’Агоста не видел, но Пендергаст совершил у двери какую-то странную манипуляцию, и раздался звук открывающегося замка. За дверью оказалась тускло освещенная гостиная: три стены розовые, четвертая – черного мрамора, по которому плоской широкой струей текла вода.
Пендергаст указал на расставленные в комнате черные кожаные диваны.
– Присядьте. Я сейчас.
Д’Агоста откинулся на спинку и стал наслаждаться журчанием воды, видом деревьев бонсай и запахом цветов лотоса. Толстые стены «Дакоты» приглушали раскаты грома. Все здесь навевало покой. Однако как раз покоя д’Агоста сейчас не испытывал. Он опять думал о том, как вывернется перед боссом и особенно перед Лорой Хейворд.
Пендергаст вернулся через десять минут – гладко выбритый, в чистом черном костюме.