Пальцы на моей шее замерли, а я поспешила объяснить:

— Действия крови Айка хватит ещё на несколько дней, потом мы приедем, и всем будет не до нас. Не хочу оказаться сейчас под пристальным вниманием и пересудами всего кортежа. Хризея меня вопросами замучает.

— Мы уедем, как только их доставим.

— Хризея просила, чтобы я осталась на её свадьбу, — вспомнила я, — но я ей не обещала.

— Посмотрим, — не стал отказывать мне он.

Спорить и настаивать не стала. До дроу ещё надо доехать и неизвестно, какой приём нас там ждёт. Тем более, после всех выходок Хризеи не уверена, что стоит оставаться с ней до свадебного торжества.

— Хочу скорее вернуться с тобой домой, — признался Люциан, как будто оправдываясь, и провёл кончиками пальцев по метке.

— Домой? Я думала мы заедем к Айку. — напряглась я.

— Мы напишем ему. Будет гораздо проще, если он перенесёт дочь к нам, чем ехать со всеми людьми к нему. Или ты боишься, что он её не отпустит?

Я нахмурилась. Пусть его предложение звучало здраво и логично, но… не по человечески, что ли. После всего, что тот для меня сделал, просто прислать письмо?!

— Отпустит, конечно. Почти никто не знает, что она его невеста. Для всех я его Алитера, а она просто моя дочь. И даже если недруги узнают, что я стала твоей парой, то они потеряют ко мне и к ней интерес. Айк не будет против вывести её из-под удара. Только я считаю, нам надо самим с ним поговорить, а не присылать письмо, чтобы он доставил ребёнка. К тому же надо Катю подготовить к переезду, а не срывать с места.

Я почувствовала, как мышцы на груди Люциана окаменели, и сам он весь как-то подобрался.

— Ольга, если ты что-то задумала… — не закончил он. В этих словах звучало и предостережение, и возникшие подозрения.

На мгновение меня кольнула обида, но я отогнала её. А чего хотела? Помнится, не так давно я заверяла его в своём смирении и покорности, и тут же сбежала.

Чуть отстранившись, я подняла голову и прямо взглянула на него, отметив и складку между бровями, и крепко сжатые губы.

— Задумала что? Заманить вас к Айку с целью избавиться от всех вас? Считаешь меня настолько коварной?

Он впился в меня взглядом, стараясь найти ответ. Постепенно его лицо прояснилось.

— Нет, ты не настолько кровожадна.

— Значит, доверяешь?

Это был сложный вопрос. Он не спешил отвечать, изучая моё лицо, а для меня почему-то стало очень важно услышать его ответ. Я даже дыхание затаила.

— Доверяю, — с трудом произнёс он, как будто что-то решив для себя.

Меня отпустило, но успокаиваться на этом я не собиралась.

— Тебе придётся найти общий язык с Айком и принять то, что он будет частым гостем у нас.

Люциан как будто съел лимон, и лицо приобрело мученическое выражение.

— Он мой друг и Катя его невеста. Будь готов к тому, что он будет посещать её.

— Ольга, — поморщился он от такой перспективы, — он же вампир! И тот ещё су… — проглотив слова, сказал другое: — Тот ещё интриган. Его не стоит близко подпускать к семье.

— Он мой друг, — твёрдо произнесла я. — От него я добра видела больше, чем от всех вместе взятых в этом мире.

У Люциана дернулась щека, но свою дружбу с Айком я готова была отстаивать до последнего. Он понял, что в этом вопросе компромиссов не будет, и хоть на языке явно вертелись «ласковые» слова в адрес вампира, он сдержался.

— Хорошо, — сквозь зубы произнёс он и по-моему ему это было произнести так же сложно, как и мне согласиться переехать к нему.

— Значит, от дроу мы едем к Айку?

— Дда, — страдальчески произнёс он, как будто у него разболелись все зубы разом.

Чувствуя облегчение, я погладила его по щеке, радуясь своей маленькой победе. Люциан прикрыл глаза, впитывая ласку, а потом повернул голову и быстро поцеловал мою ладонь, после чего подарил мне долгий взгляд. В следующее мгновение он склонился ко мне, чтобы бережно и нежно поцеловать. Он замер. Его губы легчайшим прикосновением касались моих, спрашивая разрешения и давая мне возможность отступить. Я же не знала, на что решиться. Не отстранялась, но и не прильнула к нему. По сути, это был наш первый поцелуй, когда он меня не принуждал. Я чувствовала притяжение между нами, но неожиданно испытала робость, как будто готовилась прыгнуть в омут с головой. Отбросив прочь сомнения, закрыла глаза и потянулась к нему.

— Ольга, — мучительно выдохнул он, и поцелуй наполнился огнём и голодом сдерживаемого желания. Все посторонние мысли вылетели из головы, оставив лишь ощущения его горячих губ, волнующего запаха, крепких объятий.

В смятении я отстранилась от него, прерывисто дыша, и уткнулась в него лбом, пряча пылающее лицо. Он не удерживал меня, лишь ладонь легла на затылок, и пальцами начал перебирать пряди волос из рассыпавшейся с его помощью причёски, от чего по всему телу побежали мурашки. Закрыв глаза, старалась восстановить дыхание. От его поцелуев кружилась голова, и внутри всё плавилось от желания. Пора было признаться себе, что я его хочу. В метке ли дело, или нет, но это факт. Только мне этого мало. Отношения это же не одна постель, но и чувство близости, доверия, умение слушать и слышать друг друга.

Чуть повернув голову, он поцеловал меня в висок. Я чувствовала, как колотится его сердце и была благодарна за его сдержанность. Не хотела спешить с развитием отношений. Секс зажигает тело, но именно моменты нежности, когда чувствуешь осторожные прикосновения, близость, согревают душу. К тому же несмотря на всё, что между нами было, наши отношения находились на той стадии, когда все прикосновения внове, когда только изучаешь друг друга.

Неожиданно он поднял голову и к чему-то прислушался.