— Что же изменилось во время нападения? Оставшись наедине, вы мирились? — Я, конечно, плохо знала его, но могла бы поклясться, что в его последнем вопросе проскользнули ревнивые нотки. С чего бы это?!

— Когда мы остались наедине, у нас выпала возможность поговорить обо всех наших разногласиях и прийти к компромиссу.

— Правильно ли я понимаю, что несмотря на метку, его женой вы ещё не являетесь? — осторожно так спросил дроу.

Мне это не нравилось всё больше и больше, и я постаралась чётко донести до него факт моего замужества:

— Нет. Сама церемония бракосочетания уже была и прошла в узком семейном кругу. — Перед глазами так и встал тронный зал, злющий Люциан и Андриан с Арквиэном. Никогда бы не подумала, что пройдёт время, и я сама буду настаивать на законности данной церемонии.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что принц не хочет менять первоначальные планы и ищет лазейки. Поступи мне его предложение хотя бы полгода назад, до метки, я бы ещё подумала, а так… Только-только начала жизнь налаживаться. Вот мне нужны эти проблемы? Поведение Люциана вселяет надежды. Да даже заглядывая вперёд, дроу слишком далеко живут и к ним не работают порталы, надо ехать. Моя дочь невеста вампира, будет жить за тридевять земель, и так просто не встретишься. Другое дело оборотни. Тут и Айк к нам на огонёк заглянет, да и порталом к нему в любой момент перенестись можно будет.

Принц, конечно, красавец, умён, бабушка у него похоже замечательная, но у Люциана неоспоримое достоинство — верность. Я же не обольщалась на свой счёт. Как говорят, на безрыбье и рак рыба. Выбирая между мной и Хризеей, он решил, что я ему больше подхожу. Но при дворе у него явно фаворитка фавориткой погоняет. Таким как он не свойственно страдать в одиночестве, так что пусть лучше Хризея его гарем разгоняет. Мне эта головная боль ни к чему.

Как оказалось, принц тоже что-то обдумывал, только мысли наши разнились.

— Почему никто из вампиров не знал, что вы супруга Владыки?

— Я скрывала метку и запах.

— Для этого ваш Мастер дал вам свою кровь? — понял он.

— Да.

— Если вы захотите, можно всё исправить. Вы же человек и в отличие от оборотней, не подвержены инстинктам. Посмотрите, как может быть между нами. — Сказав это, он взял меня за подбородок, заставив посмотреть на него, и я утонула в сиреневых глазах.

Я оказалась обнаженной на постели. Мою кожу холодили шёлковые простыни, но шею обжигали жаркие губы, проводя дорожку поцелуев от ключиц к груди. Когда он накрыл губами вершину, лизнув её языком, моё дыхание сбилось, и с губ сорвался протяжный стон. Наши обнажённые тела страстно сплетались в объятиях. Его распущенные волосы серебряным плащом укрывали нас, отливая холодным блеском в свете луны, и касались моего тела, даря ощущение прикосновения шёлка. Желание сжигало меня, заставляя выгибаться к нему навстречу и требовать большего. Моя кожа стала очень чувствительной и… горела.

Резкая боль в руке вырвала меня из навеянных грёз, и я отскочила от принца, потирая запястье с браслетом. Тот уже остыл, но под ним у меня точно волдыри остались. Пульс зашкаливал. Я была влажной от желания, и даже через платье чувствовала, как сжались соски. Пусть это было навеянное видение, но моё тело помнило все полученные поцелуи и прикосновения. Расширенными глазами я смотрела на мужчину. Это что сейчас было?!

— Что у вас там? — резко спросил он, указав на мою руку.

— Знаете что, на мой взгляд, сегодня я и так ответила на бездну вопросов. Довольно! — не менее резко ответила я. Хотелось залепить ему пощёчину, но он, мать твою, принц, а у меня даже предъявить ему нечего. Та же охрана хоть и почувствовала, что что-то случилось, но приближаться не спешили, ожидая моего сигнала.

«Ага! Чтобы каждый из них унюхал моё желание? — одёрнула себя. — Если уже не унюхали».

От бессилия хотелось зарычать, и я гневно посмотрела на дроу. Вспомнив, как недавно утонула в сиреневых омутах, я опустила глаза ниже, но взгляд уткнулся в губы. Перед глазами услужливо всплыли картины, ЧТО он ими вытворял. Меня бросило в жар, и я посмотрела на его грудь. Мои пальцы до сих пор помнили рельеф мускул и гладкость его кожи. Это невыносимо! Я отвернулась от него и стала смотреть на лютики, васильки, прогоняя проносившиеся перед глазами откровенные картины.

Принц приблизился ко мне и стал рядом, искоса посматривая на меня. Не нарушая границ приличия, но слишком близко для моих расшатанных нервов. Так и хотелось на него предупреждающе зарычать, чтобы отвалил. Чувствуя на себе его взгляд, я повернула голову и с вызовом посмотрела на него. Чёрта с два я буду смущаться и краснеть!

Хотя, только злость не позволила появиться румянцу на моих щеках, так как дроу смотрел на меня очень мужским взглядом, прекрасно понимая, что я чувствую. Прибила бы! Особенно за ленивую, порочную и обещающую улыбку, что расцвела на его губах.

Хотелось его как-то уязвить, задеть, стереть с лица выражение удовлетворения, но я не знала как. Мои пальцы непроизвольно с силой сжались в кулаки. Только я забыла, что в моей руке так и осталось жемчужное ожерелье. Я сдавила его с такой силой, что оно порвалось, и жемчужины посыпались на дорожку, разрушая напряжение между нами.

— Я прикажу их собрать. Мои ювелиры всё исправят, — тут же сказал он.

— Не стоит. Я его больше не надену. Уже нет нужды скрывать метку, — с двойным смыслом произнесла я, с удовольствием отметив, как меняется выражение его лица. — Благодарю, что подкинули идею. Окружающим можно сказать, что это случилось во время нападения, когда мы остались наедине. Прекрасное объяснение изменившегося ко мне отношения Люциана.