— Ты ушла от меня из-за слов моего отца, которые случайно услышала? — Мэтт сел на траву и обхватил голову руками. — Черт возьми, Грания, конечно, очень жаль, что так произошло, но, думаю, ты отреагировала слишком бурно. Ты ведь знаешь, каков мой отец. Холодильник и тот более теплый и чувствительный, чем он.

— Знаю, — резко ответила Грания. — А что касается моей реакции... Возможно, я повела бы себя по-другому, если бы ты хоть раз намекнул мне, что вы с Чарли когда-то были вместе. Но я об этом не знала. Как бы там ни было, — пожала плечами Грания, — ты можешь продолжать отношения со своей принцессой, и я не буду вам мешать, — с горечью произнесла она.

— Грания, черт возьми! Не знаю, что ты вообразила, но клянусь: Чарли меня не интересует. И, честно говоря, никогда не интересовала.

— Тогда почему именно она подняла трубку в лофте, когда я позвонила через несколько недель после отъезда? — резко парировала она.

— О Боже, дорогая... — Он тяжело вздохнул. — Это долгая история. — Теперь пришел черед Мэтта молчать и вглядываться в море. Наконец он произнес: — Я могу тебе обещать одно: Чарли исчезла из моей жизни навсегда.

— Значит, ты признаешь, что в последнее время у вас были отношения?

— Грания! — Мэтт в отчаянии покачал головой. — Когда я услышал, что ты вышла замуж, в моей жизни столько всего произошло... Я могу рассказать тебе, но это такая странная история, что не уверен, поверишь ли ты мне.

— Думаю, в этом мы с тобой схожи, — тихо произнесла Грания. — Сомневаюсь, что может быть что-то более запутанное, чем последний год моей жизни здесь.

— Да, конечно. — Мэтт поднял на нее глаза. — А как насчет отца Авроры? Вы... ты...

— О, Мэтт, — Грания вздохнула, — столько воды утекло с тех пор, как я уехала из Нью-Йорка.

— Да, и все же, если бы ты верила в мою любовь и подумала о том, что если бы я хотел быть вместе с «принцессой», как ты ее назвала, то я не жил бы с тобой.

— Что сделано, то сделано, Мэтт, — сказала Грания. — Да, согласна, что, услышав слова твоего отца, я поддалась эмоциям и поступила необдуманно. Потеря ребенка подстегнула мою неуверенность в себе. Мне было так больно, что я убежала. Ханс говорит, моя гордость заставляет меня делать глупости. — Она закусила губу. — И возможно, он прав.

— Гм... Я не знаю, кто такой этот Ханс, но с удовольствием встретился бы с ним, — заметил Мэтт с кривой усмешкой.

— Но разве ты не понимаешь? Когда я, наконец, успокоилась и поняла, что погорячилась, я позвонила тебе домой, чтобы попытаться наладить отношения. Но трубку взяла Чарли. Это только подтвердило мои догадки.

— Да, представляю, как ты себя чувствовала. — Мэтт протянул руку и осторожно прикоснулся к Грания. — Что ж, детка, у меня тоже есть, что рассказать тебе. Но еще немного, и я окончательно замерзну. Есть какое-нибудь место, где мы могли бы поговорить и, может быть, что-то съесть? Я умираю с голоду.

Они отправились в паб в Ринге, где подавали прекрасные блюда из морепродуктов. Грания села напротив Мэтта, чувствуя себя очень неуютно. От близости, которая приходит после долгих лет любви, и неосознанных прикосновений ничего не осталось. Мэтт казался ей знакомым и в то же время совершенно чужим.

— Итак, кто первым расскажет свою историю? — спросил он.

— Что ж, раз я начала, то продолжу. — Грания посмотрела на него. — И я хочу, чтобы мы оба говорили честно. В конце концов, терять нам нечего, и, возможно, это наш долг друг перед другом.

— Договорились, — согласился Мэтт. — Тебе многое не понравится, но, клянусь, ты можешь верить всему, что я скажу.

— И ты тоже, — тихо сказала Грания. — Хорошо, значит, Аврора рассказала тебе, как мы встретились. Теперь ты хочешь узнать о моих отношениях с Александром?

— Да. — Мэтт, собравшись с духом, приготовился слушать.

По мере того как Грания описывала ему драматические события прошедших месяцев, он начал замечать, насколько сильно она изменилась: стала более зрелой и терпимой. И, даже узнав о ее отношениях с Александром, Мэтт почувствовал, что любит ее еще сильнее. За ее доброту, душевную щедрость и силу, которую она продемонстрировала при этих, судя по ее рассказу, ужасных обстоятельствах.

— Ну, вот и все, пожалуй... — Она пожала плечами.

— Да уж, вот так история, — вздохнул Мэтт. — Спасибо, дорогая, что честно все рассказала. — Послушай, — с неохотой произнес он, осознавая, что должен прояснить для себя один момент, чтобы не переживать из-за него в дальнейшем, — и пойми меня правильно, пожалуйста. Я всего лишь обычный мужчина, и мне хочется верить, что вы не были близки. Но если это не так, то просто скажи мне.

— Мэтт, мы целовались, и больше ничего. Клянусь тебе. Он был серьезно болен! — Грания покраснела. — Но, честно говоря, я не могу обещать, что этого не случилось бы, будь он здоров. Александр казался мне очень привлекательным.