– Хорошо.

– Да, и сравнительный анализ семенной жидкости, которую обнаружил патологоанатом, со спермограммой Романа Полянского нужно сделать.

– А если совпадет? Не боишься, что твой клиент окажется виновным?

– Такая вероятность была с самого начала. Я взялась в первую очередь найти убийцу девушки. Настоящего виновного, на которого укажут факты. А теперь я еще и ее матери обещала разобраться во всем.

– Матери погибшей Титовой?

– Да, я не знаю другого способа помочь или утешить в подобном горе.

– Судя по слухам, которые ходят о тебе и твоем послужном списке… Ты должна была привыкнуть ко всему.

– Я и привыкала, – грустно улыбнулась я, – смиряться до сих пор не научилась. Но, наверное, это к лучшему. Пока человека трогает, волнует, возмущает трагедия или несправедливость, он живой. Способен влиять на этот мир, делать его если не лучше, то безопаснее, хоть немного.

После познавательной беседы с Ильей мне, разумеется, не терпелось поговорить с Валентиной Полянской. Во-первых, о том факте, что она предпринимала подобные действия, нужно было предупреждать меня заранее. Даже если женщина уже поняла бессмысленность этого поступка и стыдилась, а может, и опасалась. Ведь дача взятки, хоть и рассматривается большинством обывателей как нечто нормальное, по-прежнему является уголовным преступлением.

Для начала я позвонила Максу, кажется, утром Валентина собиралась в свой городской офис. Кому, как не начальнику службы безопасности, знать, где она сейчас.

– Привет, Женька, как расследование? – бодрым голосом поинтересовался приятель.

– Примерно как на американских горках, – обрадовала я.

– Радостно и весело, что ли? – не понял намека Макс.

– Нет. Одна новость догоняет другую. Они мчатся то вверх, то вниз, как вагончики за локомотивом. А я несусь за этой красотой на своих двоих и тщетно пытаюсь рассмотреть машиниста этого локомотива. Но он умело прячется далеко за горизонтом, – выдала я, размышляя, знал ли Макс о взятке следователю.

– Женька, ты там, часом, не выпила чего-то крепенького? – растерялся приятель. – Ведешь себя странно, говоришь загадками. А я-то и в простых аллегориях не особо силен.

– Прости, Макс, просто разозлилась. Как обычно бывает, все идет немножечко не так, как хочется. Но про новости я не шутила. Так что мне срочно нужна Валентина, она в офисе?

– Нет. Уже дома. Валентина решила, что Рита пережила серьезную травму, последствия которой обязательно скажутся потом, если и не проявляются сейчас. Но вводить в круг общения девочки новых людей вроде психологов-терапевтов она опасается в данное время. Так что Валентина решила в кои-то веки оставить раньше дела и окружить своей заботой ребенка.

– Понятно, она советовалась с тобой об этом?

– Конечно! Поместье все еще в режиме повышенной безопасности. Хотя ребята по две смены работают и долго не протянут, а нанимать новых людей сейчас недальновидно. Да и устраивать тщательную проверку некогда.

– Думаю, Маргарита в порядке. Толком испугаться девчонка не успела, происходящее скорее позабавило ее. Но дополнительное общение с матерью будет только на пользу подростку. Макс, скажи, а Валентина по всем вопросам с тобой советуется?

– Конечно, нет. Мы обсуждаем только то, что касается безопасности.

– А действия юристов, которые проблему ареста Романа решали? Вы обговаривали?

– Нет. Это Валентина сама. А что?

– Да так, – похоже, Макс не знал ничего, уже легче. Я бы не стерпела, что давний приятель скрывает от меня важную информацию, – нужно поговорить с ней.

– Тогда дуй в поместье, где бы ты ни была. Заодно поможешь мне, а то глаза на лоб уже лезут.

– Вот почему ты так обрадовался моему звонку. Чем занимаешься?

– Записи видеокамер просматриваю. Сашка не нашел ничего полезного. Скинул все с сервера на флешку и в ус не дует. Сегодня с утра с Валентиной катался, как обычно. А мне уже, хоть завой на луну волком.

– С другой стороны, если хочешь, чтобы задание было выполнено хорошо и правильно, сделай это сам, – хихикнула я, – не кисни, Макс, скоро приеду, помогу.

Несмотря на то что Валентина собиралась провести больше времени с Ритой, я застала женщину в ее кабинете, за работой, разумеется.

– Добрый день, Валентина Григорьевна, мне нужно поговорить с вами. Сможете уделить время?

– Конечно, Женя, проходите, присаживайтесь. Есть новости?

– Порадовать пока нечем. Но по ходу расследования всплыли некоторые факты. И мне требуется кое-что прояснить.

– Да. Признаться, я тоже хотела пообщаться, задать несколько вопросов, тет-а-тет.

– По какому поводу?

– Не знаю даже, как начать. Состояние дочери очень меня беспокоит. Она как-то странно реагирует на попытку похищения. И посоветоваться мне не с кем, а вы все-таки специалист и повидали многое.