– Да, есть... Два входа в шахты, один из которых расположен на уровне шестисот метров над земной поверхностью.

– Но так нас заметят.
– Нахмурилась Айрис.
– Какой путь не выбери: будь то перелет или же пеший поход. Но если только ночью...

– Хочешь насмерть замерзнуть?
– Подключилась к разговору Мо, одарив молодую девушку сожалеющим взглядом.
– Ты всегда придерживалась радикальных подходов, но в этот раз стоит обойтись без них.

– А что со вторым входом в шахту?
– Не столько с надеждой в голосе, сколько с разочарованием, задала вопрос Айрис.

– С этим дела обстоят еще веселее. Он расположен практически у самого подножья горы. Но к базе шахта тянется практически под прямым углом.

– То есть, - обдумав услышанную фразу, Бэй с непониманием посмотрел на мужчину.
– Кора хочет, чтобы мы взбирались вверх по железным стенам на... какую высоту?

– Учитывая погодные условия, могу сказать с уверенность, что стены там обросли толстой коркой льда.
– Однако аргумент Даласа ничуть не успокоил Бэй.

Зато Мо похоже ничуть не расстроилась, а даже наоборот, спокойно поддержала предложенный вариант развития событий:

– Потребуется необходимое оборудование.

– Сможешь его достать?
– Решил удостовериться мужчина.

– С этим проблем не будет.

– Не будет?
– Вопрос Айрис прозвучал так непривычно на фоне спокойного диалога собеседников, отчего Бэй не сразу понял, в чем же кроется проблема.

– А в чем дело?

– В чем дело?
– Продолжала удивляться девушка.
– Это я тут радикальна? Нам нужно будет подниматься на огромную высоту, а это сложное дело даже для профессионала. А у нас практически никто не владеет необходимыми навыками ледолазания.

– Почему никто?
– Легкая ухмылка коснулась губ Мо.

– Мам...
– Айрис недоверчиво, едва пытаясь скрыть сомнения, одарила свою мать таким взглядом, которым обычно смотрят на неумелого ребенка.
– Не обижайся, но ты уже не в том возрасте, чтобы покорять горные вершины.

Бэй не был уверен в своих ощущениях, но что-то ему подсказывало, что заявление Айрис разожгло в Мо такое неистовое пламя злости, что если сию секунду ничего не предпринять, то под горячую руку попадут все.

– Нам все равно нужна небольшая группа.
– Вовремя отвлек все внимание на себя парень.
– Поэтому возьмем людей, которые хоть бегло знакомы с оборудованием для ледолазания.

– Как у тебя все просто.
– Вернулся к разговору Далас.
– А как насчет пары-тройки сотен людей, обитающих на базе? Это у тебя не вызывает никаких волнений?

– Устроить диверсию может кто угодно.
– Но тут Бэй спохватился, что дал ответ прежде, чем его хорошенько обдумать.

– Но делать это нужно правильно.
– Остыв от неосторожного заявления дочери, вновь заговорила Мо.
– Далас, у тебя есть полная карта базы, а не только это?

– К сожалению.
– Устало вздохнул мужчина, однако не спешил расстраивать своих слушателей.
– Но у меня есть примерный вид того, что из себя представляет база.
– Теперь в воздухе парило не объемное изображение горы, а некий купол с неровной поверхностью.
– Мы не знаем точного строения, но имеется предположение, что внутри базы есть большая полость. Так что... проникнуть туда, установить заряды в наиболее уязвимых местах и уходить прочь обратно по шахте.

– Уязвимых местах?
– Переспросила Айрис.

– Как я уже и сказал, мы не знаем точного строения базы, но, во всяком случае, есть несколько альтернативных вариантов. Либо подорвать потолок куполообразного свода и обрушить всем на голову тонны льда. Либо отрезать выход наружу. Так им придется повременить с наступлением на нашу станцию.

– И все же мы действуем вслепую.
– Неохотно заключил Бэй.
– Это все равно, что идти на верную смерть...

– ... сказал человек, который думает, что устроить диверсию может кто угодно.

– Мам!
– Насмешливый тон голоса, с которым Мо не редко разговаривала с парнем, никогда не нравился Айрис. Она просто не видела достойных причин, из-за которых ее мама несерьезно любила относиться к парню.

– Все нормально, Айрис.

Бэй уже давно привык к тому, что бывший сенатор Республики Сигурэ относилась к нему с недоверием, не упуская возможности подчеркнуть его упущения и ошибки. Как бы он не старался задобрить ее, как бы ни пытался завоевать ее доверие, ничего не срабатывало. Лишь только единожды ему удалось услышать слова благодарности от Мо, однако то, при каких обстоятельствах они были сказаны, нельзя было занести в список самых приятных воспоминаний.