Ее сумка ударилась о что-то твердое.

— Господи Иисусе! — зашипел голос, который был не мужским и не женским, не человеческим и не звериным. Госсссподи Иисссусссе. Тот, что звонил! Лицо было скрыто под маской из грубого мешка, что он надел себе на голову. Она взирала на Темпл без всякого выражения, точно хоккейная маска маньяка Джейсона Вурхиза из фильма «Пятница, 13-е».

Левой рукой Темпл шарила по сумке, пытаясь нащупать связку ключей, найдя, вцепилась в нее так, чтобы между ее пальцами с тыльной стороны ладони торчало по одному ключу, — чем не идеальное оружие из подручных средств?

Сильная рука выхватила ее сумку, но она нагнулась к самому полу и протянула свободную руку, пока, наконец, не коснулась гладкой деревянной ножки стола. Она снова ударила по тени, склонившейся над ней. Ключами. Со стороны шеи, в сонную артерию, пронзив тонкую кожу. Расчет оказался верным, и по месту, и по силе удара — враг мгновенно потерял сознание.

В руке и в плече она почувствовала отдачу. Даже пошатнулась. Мэтт не одобрил бы ее неподходящие к случаю каблуки, но скинуть их раньше времени не было. Зато было теперь. Темная фигура обрушилась на пол. Наклонившись, она разулась, а потом взглянула на туалетный столик. Он опять горел. Зеркало, обрамленное оранжевыми языками пламени, нечетко отражало ее собственную фигуру и лицо, окруженное ореолом растрепанных рыжих кудрей. Она походила сейчас на поджаренного херувима. Этот огонь становился слишком горячим для нее, даже если под рукой и была еще пара половиков.

Не успела она сделать и шага по направлению к двери, как ее лодыжку крепко обхватила рука. Темпл не удержалась и упала, не выпуская из виду полуоткрытую дверь с приставленным к ней сундуком. Она повернулась и начала дергать обеими ногами так сильно, как только могла, потом потянулась за отвалившейся ножкой тумбочки и принялась отбиваться ею, снова и снова, пока сопротивление не ослабло и ее нога, наконец, не оказалась свободной.

Темпл поползла на четвереньках к выходу и выскользнула из комнаты.

На отдаленном расстоянии она услышала чей-то продолжительный крик. Она была уверена, что не ее собственный. В полной темноте она мчалась вниз по лестнице, наталкиваясь по пути на теплые, мягкие, покрытые мехом тельца, которые шарахались от нее в разные стороны, точно рыба в темном тропическом море.

Ох, бедные киски!

Крик становился все громче и, в конце концов, обернулся сиреной.

Она была уже у подножья лестницы, когда услышала эхо мягких шлепающих шагов, похожих на стаккато. Они приближались к ней. Но тут она споткнулась. На ровном месте и без каблуков, запнулась за еще один проклятый половичок и упала. Она отпихнула его в сторону, но он был слишком тяжелым и… теплым.

Входная дверь вздрогнула и застонала, когда кто-то из вне пытался открыть ее. Еще несколько настойчивых попыток, и крепкое дерево расщепилось, точно обшивочная фанера. Дверь распахнулась, слетела с нескольких петель и теперь раскачивалась, жалобно скрипя. Затем пришло время еще более ошеломляющего эффекта под стать фильмам ужасов: на фоне яркого красного света от пожарных машин в дверном проеме появились две громадные человеческие фигуры.

— Вверх по лестнице, — закричала им Темпл. На пожарных были большие тяжелые резиновые сапоги, и от них пахло золой. — Осторожно! Это убийца!

Эти мужчины не были полицейскими, тем не менее, они были вооружены против злого, пожирающего плоть врага — огня. Двое, загремев, помчались за тенью. Двое, загрохотав, поспешили погасить огонь. Еще один развернулся и снова вышел на улицу, наверное, сообщить по радиосвязи полиции.

Мешок под ногами Темпл все еще извивался и шипел, как будто там была добрая дюжина змей. Потом мешок зарычал. Внизу снова появились волшебные пожарные, захватившие в плен тень. Они остановились, направив свои фонарики прямо на мешок.

Один из углов мешка был чуть мокрым. Потом он вдруг лопнул, и из десятисантиметровой щели высунулась черная змея. Черная змея, покрытая мехом. Темпл вскрикнула сиплым голосом и отпрыгнула в сторону. Змея снова заползла внутрь, а затем на ее месте появилась черная морда.

Черныш Луи, запутавшись в мешке, еще какое-то время побарахтался, прежде чем сумел просунуть в дырку передние лапы. Потом он еще немного покрутился, мешок, наконец, порвался и снаружи показалось его туловище и зад. Прямо кошачий поезд, выбирающийся из туннеля. Закончив свои акробатические кривляния, он вытащил свое девятикилограммовое грязное тело из темницы.

Темпл наблюдала за процессом с восхищением:

— Луи! Что ты здесь делаешь?

— Вы в порядке? — пожарный поднял ее с пола, да так легко, как если бы она была уроненным кусочком ваты. — Вы знаете этого кота? Что тут происходит?

На лестнице послышались тяжелые шаги, оттуда забил яркий свет.

— Огонь потушен. Поджог.

— Можно нам и тут немного света? — спросил еще один большой мужчина в сапогах.

У входа тоже затопали. Оттуда мигали огни пожарной машины. А всего через несколько мгновений во всем доме зажегся свет. Холодильник снова изрыгал радостное жужжание, а кондиционер один раз икнул и скучно загудел.