Такой большой партии оружия, которую решил привезти в Остоаран Ник Марно, ещё никто не отваживался добыть. Обычно за оружием отправлялись маленькими группами по два-три человека, которые могли забрать из Эльдамира максимум три десятка ружей, да, полсотни бластеров, но гораздо чаще этим промышляли в одиночку. Главная трудность заключалась в том, что проникнуть в Эльдамир могли только разумные существа родившиеся в мирах Светлого Ожерелья, или крещёные воины и к тому же только пешком, так как боги Арендил и Линиэль создали такую сферу защиты, в которую нельзя было войти через портал прохода или сарнасельм. Зато оттуда можно было открыть портал прохода в любой из миров Светлого Ожерелья. Ник много раз бывал в Эльдамире как один, так и вместе со своими друзьями по отряду и ему давно уже надоело по несколько дней, а то и недель путать следы как в Первом, так и во Втором Каменном Плетении и водить за нос кровососов из-за нескольких ружей и бластеров. Он давно вынашивал план большой ходки и, наконец, сумел настоять на своём и уговорить Ланнеля и своего командира.

Его хитрый наставник по своему обыкновению прятался за спину Исигавы и постоянно кивал на командира атакармелонов, ну, а тот в свою очередь без одобрения Аньяро Торона - Старшего Брата, никогда не делал в крепости и шага. Это во время вылазок он был мудрым командиром, смелым, решительным и дерзким до безрассудства, а в Остоаране мигом слагал с себя обязанности до тех пор, пока речь не заходила о тренировках и учениях. После долгих уговоров, подкреплённых расчётами и даже гороскопами, Исигава сдался. Заполучить за пару недель пятьдесят тысяч ружей и сто тысяч бластеров означало решить проблемы Остоарана лет на пять вперёд. Поэтому приняв окончательное решение он в три дня реквизировал самых могучих и быстрых сайриномундо не смотря на яростные проклятья их наездников и со спокойной душой передал бразды правления своим отрядом Нику, чем изрядно рассмешил короля Ареохтара, имевшего в отряде атакармелонов прозвище Варнеохтар, но куда чаще его называли Монстром.

Ник Марно, прозванный Занозой, был и в самом деле постоянной занозой в заднице Исигавы Яри - Папаши, так как постоянно с ним спорил даже во время операций. Споры эти касались в основном выбора тактики и, зачастую, командир был вынужден согласиться с юным королём. Впрочем, каждый боец его отряда стоил целого десятка маршалов, командующих целыми армиями, защищавшими миры Светлого Ожерелья и ежедневно отгоняющими орды вампиров, нападавших на укреплённые поселения людей, и отряды диверсантов, сплошь состоящих из эльдаиаров, которые все, как один были очень могущественными магами и в пять минут могли нагнать такие орды злобных демонов-ракшасов, что их не всякой метлой потом разгонишь. Эльдаиары тотчас стремительно отходили, а их ракшасы, стремящиеся спалить всё на своём пути, оставались и магам пришлось тушить потом пожары и уничтожать этих зловредных тварей.

Жителей Светлого Ожерелья выручало то, что благодаря королю Николасу Мудрому, точнее его мудрой книге "Введение в магию", почти каждый был более или менее грамотным магом и владел анголвеуро на вполне достаточном уровне, чтобы без лишней мороки грохнуть десяток ракшасов и потушить пожар без помощи воды. За это они не уставали возносить Анарону благодарственные молитвы даже не подозревая о том, что эта небольшая книжка, прилагавшаяся к каждому анголвеуро, была написана не мудрым магом-старцем, как итог всей его долгой жизни, а мальчишкой неполных тринадцати лет всего за каких-то две недели. Ох и будут же удивлены однажды жители Каноды, когда на трон этого королевства взойдёт не мудрый и величественный король, а здоровенный разбитной верзила, с лица которого никогда не сходит улыбка, редкостный бабник, вечный пересмешник, нахал и горлопан, который даже и не собирался становиться серьёзным и рассудительным ни в чём, что не касалось его основного занятия - войны с Голониусом и изучения магии. Правда, как магу ему принадлежало великое множество магических шуток и подвохов, широко известных, как тайное оружие Занозы.

Однако, вместе с тем перу Занозы из Нертеэмбера принадлежало также и "Наставление по отражению атак старого придурка", небольшая книжица, которую всегда имел при себе не только каждый поселянин живший вне города, но и каждый второй горожанин. С её помощью можно было не только сплести мощный защитный заговор, но и быстро вызвать и навести на врага солдат короля Лигуисона. Благодаря этой книге, написанной шесть лет назад, к которой постоянно писались дополнения, обитатели всех миров Светлого Ожерелья перестали чувствовать себя жертвами и научились бороться со своими самыми опасными врагами не жалуясь на судьбу, а грамотно сражаться с ними, ещё грамотнее отступать перед превосходящими силами и никогда не лезть на рожон. Поэтому даже налёты вампиров уже не вызывали ни у кого паники и часто кровососы, налетевшие даже большой толпой на какой-нибудь лесной хутор, получали от его обитателей такой отпор, что едва уносили ноги недосчитавшись множества клыков и кляня этих чёртовых лесных магов-самоучек.

Куда опаснее были массированные набеги мрачных, злобных аттеаноста, особенно если они были тщательно спланированы. Все они были отменными магами, а уж бойцами получше, чем вампиры. Некромант держал их, как правило, в своих крепостях для обороны и посылал в бой только тогда, когда ему нужно было захватить кого-то для него важного и, вообще, пополнить свою армию новыми аттеаноста. Зато если их захватывали в плен, то уже через месяц, максимум два они становились злейшими врагами Голониуса и особенно вампиров, так как они были не только воинами, но и рабочей силой, обслуживающих этих криворуких кровососов, которые ничего кроме меча, лука или автомата не умели держать в руках. Те аттеаноста, которым друзья, близкие или маги-астрологи вернули их имя, моментально меняли характер и превращались в совсем других существ, не таких, какими были раньше, а куда более могучими, что и удерживало Голониуса от их широкого использования в войне.

Если аттеаноста были людьми, то такими же людьми они и оставались, но пройдя через некромантский обряд Голониуса, называемый энтулессе-ет-нойре, приобретали особые свойства - нечувствительность к боли, просто невероятно быструю регенерацию и недюжинный ум. Во всём же остальном они были самыми обычными людьми, гномами, орками, гоблинами и даже горными троллями, только были добрее. Ну, и ещё при этом они помнили то, как скелетами восстали из могил и, обретя с помощью магии плоть, стали аттеаноста, разумными зомби во всём послушными некроманту их оживившему и тем, на кого он им указал, то есть были идеальными рабами не способными поднять руку на своего хозяина до тех пор, пока пустоту в их голове не заполняли те, кто их хорошо знали раньше, а их внешний вид, как не старались некроманты не менялся, или маги-астрологи, которым звёзды открывали имена и биографии умерших, вот тогда-то некроманты и обретали своих злейших врагов, причем таких, которым уже не были страшны ни вампиры, ни аттеаноста.

Таких солдат в армиях короля Лигуисона, которого всё чаще называли повелителем королей Серебряного Ожерелья, было пока что немного, но их число постоянно росло, так как за аттеаноста, которых пусть и с трудом, но всё же можно было убить, шла настоящая охота и их стремились взять в плен, чтобы вернуть им имя. Самое же удивительное заключалось в том, что только обретя имя и себя самого аттеаноста становились существами чуть ли не равными по своей жизнестойкости и физической силе богам и от мужчин рождались точно такие же, как и их отцы, дети, а женщины-аттеаноста рожали от мужей детей, которым они передавали все свои качества. Именно в этом, как говорил Ланнель, и был залог будущей победы.