– Борис, – фиксирую её взгляд, наклоняясь ниже. Зрачки расширяются практически полностью поглощая радужку, девушка замирает, и мне приходится остановиться совсем. Кажется, "поплыла". Предсказуемо быстро. Ну и ладно. Что мне важнее – процедура или эффект?

Притягиваю податливое тело совсем близко, ощущая, как женские руки скользнули по плечам и тонкие пальчики зарылись в волосы. А дальше мне даже не приходится ничего делать, губы девушки сами находят мои и получаю я, в общем-то, вполне закономерную реакцию на свои провоцирующие действия.

М-да, даже жаль, что это всего-лишь иллюзия. Ведь какая приятная! Впрочем, я не идиот, чтобы увлекаться сексом с виртуальными девушками. Вот если пересечёмся на Земле, там будет видно. А тут – всего лишь работа.

"Фихок шоп й эшр", – внедряю в её хорошенькую головку кодовую комбинацию, удостоверившись, что эмоциональная ориентация на меня достигла максимума.

– Контакт четыре! – отрываясь от сладкого ротика, бросаю в пространство. – Завершён!

– Связка установлена, – мягко отвечает мне вильюрер.

Тело в моих руках чуть вздрагивает, безвольно повисая, и я спокойно его отпускаю, потому как дальше уже не будет ничего интересного – для меня оно растворится в пространстве, как и всё остальное, что меня окружает, а девушка проснётся там же, где и заснула. В отсеке изоляции.

Покидаю опустевшее помещение и расслабляюсь в кресле, делая перерыв, ведь предстоит ещё один заход. Вот же глупый спор! Надеюсь успею, потому как время в психотроне идёт несколько иначе, чем в реальности. И сколько я уже потратил, интересно? Одним глазом взглядываю на панель вильюрера. Три часа – услужливо высвечивает тот. О как! Ну, и о чём вещал Ратнал? Чувствую, сегодня кто-то останется с носом. Вернее, с первым подопечным!

Ну что? Поднимаюсь, активируя систему. Ещё раз!

Как работают законы Паддера

Вероника

Никогда не верила в утверждение: "Всё, что хорошо начинается, кончается плохо". И, как оказалось, совершенно напрасно. А самое ужасное, что ещё и убедилась в справедливости его продолжения: "Всё, что начинается плохо, реально заканчивается ещё хуже".

– But the stars in the sky look like home,

Take me home

And the light in your eyes lets me know

I'm not alone…

Музыка так неожиданно врывается в сознание, что не сразу понимаю, откуда она взялась? Зато, даже не открывая глаз, весьма отчётливо фиксирую движение рядом и мимолётное прикосновение чьих-то пальцев к моей щеке. Словно кто-то нетерпеливо ждёт, чтобы я проснулась. А я ненавижу, когда за мной исподтишка наблюдают, да ещё и будят таким способом!

Коротко зеваю и сажусь удобнее, протирая кулачками глаза. Разлепляю веки, пытаясь окончательно проснуться и… встречаюсь взглядом с карими, тёмными глазами.

Ой,…!…! Хороших слов на сей счёт у меня не остаётся, одни междометия и многоточия. А откуда им появиться, если заснула я в окружении однокурсников, а проснулась в компании того самого типа, который сначала труп изображал, а потом напугал нас до чёртиков. Ну, может и не всех, но меня, по крайней мере, точно.

На всякий случай отодвигаюсь от непонятного субъекта подальше, соображаю, что сижу на чём-то мягком и опознаю весьма удобный предмет мебели, который, кстати, тут вовсе и не один. Напротив, через стол, стоит аналогичный девайс, и ещё несколько чуть дальше. Осматриваю просторное помещение – типичный клубный дизайн метров на двадцать по периметру. Народа немного, музыка, всё тип-топ. Это что такое?!

Возвращаюсь взглядом к ближайшему ко мне объекту наблюдения и офигеваю окончательно.

Вместо чёрного комбинезона на мужчине классические синие джинсы, зафиксированные на узких бедрах широким выбеленным кожаным ремнём, и чёрная рубашка-поло, с закатанными до локтей рукавами и клетчатым чёрно-белым воротником. Но это ещё полбеды, в конце концов, кто ему мешает одеваться так, как хочет? А вот то, что на мне синее платье в изрядный обтягон, который я, в общем-то на дух не выношу, хоть у меня и нормальная фигура – вот от этого слова уже пропадают все. Окончательно. И хорошие и плохие.

– Привет, – слышу уже знакомый, вкрадчиво-бархатистый голос.

– Доброе утро, – ошарашенно выдаю первое, что приходит в голову из медленно восстанавливаемого словарного запаса.

– Почему утро? – слегка теряет приторный вид мой визави, недоумённо хлопнув ресницами. Длинными, между прочим! Любая фотомодель бы обзавидовалась.

– Ну, я же проснулась, значит, утро, – окончательно смываю с его лица всю патоку.

– Хорошо, пусть так, – после краткого молчания, изучения моего фейса, на который я снова навесила изображение "любимого" дорожного знака автомобилистов, и прокручивания в голове чего-то супер-важного, соглашается мужчина.