Когда он оказался рядом, к нему обратился Скотт Хепворт:

— Этот тип, представь, называет себя хозяином причальных линий и отказывается выпустить корабль.

— Вышвырни его оттуда, мы сами сделаем все, что требуется.

— У него пистолет, и, похоже, он намерен им воспользоваться. Я полагаю, этот болван настроен совершенно серьезно. — Щекастое лицо Хепворта покраснело от гнева и бессилия. — Кроме того, мы не знаем код.

— А как насчет замков на самих линиях?

— Мы их взорвем.

— Отлично! — Никлин снял ружье.

Человек шесть поспешно отскочили в сторону, освобождая Никлину пространство. Служащему было лет пятьдесят, у него было длинное лицо, короткая стрижка и маленькие усики. Он стоял, горделиво расправив плечи и выпятив грудь. В его новенькой форме не было ни одного изъяна, выделялась лишь старомодная кобура. Похоже, ее только что извлекли с какого-то военного склада, где она пылилась в ящике и ждала своего часа — вдруг он все-таки наступит.

— Приятель, сейчас не время для игр. Запускай линии и поживее!

Служитель презрительно оглядел его с ног до головы и качнул головой:

— Я ничего не стану делать без соответствующего разрешения.

— Вот мое разрешение, — Никлин поднял бластер. — Оно нацелено вам прямо в пупок.

— Любопытная штука! — Служитель положил руку на свой старомодный револьвер и улыбнулся, всем видом демонстрируя, как хорошо он разбирается в оружии. — Это даже не очень точная копия.

— Вы абсолютно правы.

Никлин поднял ствол своего бластера и нажал на спуск. Сине-белый луч пронзил крышу будки, мгновенно превратив в пар часть водосточного желоба, навес и пластиковые балки. Даже Никлин, уже имевший возможность оценить мощь этого оружия, был ошеломлен масштабом разрушений.

— Это совершенно отвратительная копия, — улыбнулся он человеку в форме, съежившемуся и обхватившему голову руками. — Ну, а теперь перейдем к причальным линиям.

— Я не верю, что вы осмелитесь выстрелить из этой штуки в человека.

Служитель выпрямился и попытался снова принять неприступный вид, но удалось ему это уже не столь убедительно.

Никлин шагнул ему навстречу.

— Мне уже доводилось убивать из этой штуки и я с превеликой радостью рассеку вас на две половины — верхнюю и нижнюю.

Какую-то секунду не было слышно ничего, кроме свиста ветра, затем послышались шум и крики с северной стороны порта. Никлин взглянул туда, где проходила граница парка и порта, и увидел движущиеся пестрые пятна — приближалась обещанная толпа. Он быстро перевел взгляд на служащего и сразу же понял, что настроение того изменилось.

— Я всегда стараюсь честно выполнять то, за что мне платят деньги, но в моем контракте ничего не говорится, как я должен действовать в таких ситуациях. Вы ведь не испытываете ко мне недобрых чувств?

Никлин прищурившись смотрел на него и не двигался с места.

— Я вообще не испытываю никаких чувств. Так вы собираетесь выпустить корабль и тем самым остаться в живых?

— Я выпущу корабль. Как только вы погрузитесь, он будет отправлен.

Хепворт приблизился к Никлину и положил руку ему на плечо.

— Джим, ты ведь понимаешь, что он сделает? Как только мы окажемся на борту и задраим все входы-выходы, он спрячется в укрытии и оставит нас с носом. А если мы снова откроем люк, то будет уже поздно…

— Я знаю, что он собирается сделать, — резко ответил Никлин, по-прежнему целясь в служителя. — Поднимайтесь на борт. Я пойду за вами, держа под прицелом этого шутника, так что оставьте мне свободное пространство, чтобы, пятясь, я не упал. Понятно?

— Хорошо, Джим. — Хепворт направился к кораблю, за ним потянулись остальные.

— Я не стану делать никаких глупостей. — Человек взглянул туда, где в конце длинного ряда ангаров уже можно было различить отдельные фигуры. — Что делать?

— Как только я поднимусь по трапу, запускайте причальные линии. Не стоит ждать, пока задраят люк. Как только я окажусь наверху — спускайте корабль.

Губы служителя скривились в подобии улыбки.

— Но это опасно.

— Для вас, — отчеканил Никлин. — Этот момент действительно будет очень опасным, но прежде всего для вас. Вы, может, полагаете, я стану возиться с запорами люка и сниму вас с прицела? Так вот, люк будет открыт до тех пор, пока я не почувствую, что нос корабля начал опускаться в Портал. Если движение застопорится хоть на мгновение, я нажму на спуск.

— Если я берусь за дело, то все будет в порядке!

Служитель повернулся к панели управления.