— Заказ готов, — рявкнул Гектор, выглядывая в окно раздачи заказов и протягивая коробку из пенопласта.

Замечательно. Ладно, с другой стороны, если незнакомец не вернётся в течение пяти минут, я возьму его бургер себе. Подходя к барной стойке, чтобы забрать деньги, я подумала, что было бы здорово, если бы он оставил достаточно наличных, чтобы хотя бы покрыть счёт. Сотня. Хм. Я пробила чек и свела остатки в кассе.

— Гектор, — окликнула я нашего повара через окно раздачи. — У нас сегодня хорошие чаевые.

Вытащив восемьдесят долларов наличными из кассы, я направилась в кухню. Я очень сильно нуждалась в деньгах, но Гектор нуждался в них ещё больше.

— Madre[4], — услышала я хохот Гектора.

— Чёрт возьми, мне пора бежать. — Джаз соскочила со стула и быстро обежала барную стойку, чтобы обнять меня. — Завтра моя очередь открывать магазин, ненавижу вставать так рано. Увидимся.

И с этими словами моя заводная подруга выпорхнула в дверь.

Мы с Джаз дружили ещё со времен начальной школы, куда моя семья переехала в Бухту Батлера, чтобы заботиться о бабушке и следить за фамильным имением.

В то время я не могла похвастаться способностью легко заводить друзей, особенно в середине учебного года в новой школе. До сих пор не понимаю, почему Джаз обратила на меня внимание. Просто в один прекрасный день этот светловолосый сгусток энергии с сияющим лицом распространил свое сияние и на меня, и с тех пор я всегда была согрета её теплом. Даже в самые тяжёлые моменты моей жизни.

Я выключила музыку и направилась к двери, чтобы запереть бар.

На город опустилась потрясающая ночь. Несмотря на то, что было так же влажно, как и днём, жара наконец-то спала, и небо усыпали звёзды. Стоя в дверном проёме, я подняла голову и глотнула свежего воздуха. На улице оживились цикады, и отовсюду слышался их успокаивающий, бесконечно повторяющийся мотив. Я знала, что частица моей души навсегда останется в этом месте, с которым я была связана незримыми узами. Несмотря на то, что временами этот город меня раздражал, в целом мире не найдётся места, способного сравниться с Бухтой Батлера. Я собиралась уехать отсюда в ближайшем будущем и просто ждала, когда Джоуи закончит учёбу и займёт здесь моё место. Мы уже обо всём договорились. И это была одна из причин, по которой я ни с кем не встречалась. Мне действительно не хотелось ничего усложнять, когда придет время покинуть городок. С другой стороны, я знала практически всех возможных претендентов, но оказалась слишком разборчивой девушкой.

После работы у меня ныли ноги, и сегодня я, скорее всего, буду спать беспробудным сном, а завтра после обеденной смены продолжу красить крыльцо. С тех пор как с денежными средствами стало туговато и после постоянных, не очень тонких намеков пастора Макдэниеля о состоянии дома, я решила, что в первую очередь необходимо завершить внешнюю отделку.

Проходя по тускло освещённому дворику ресторана, я поправляла расположенные здесь столы и стулья, когда краем глаза заметила какое-то движение, отчего у меня чуть сердечный приступ не случился.

Чёрт!

Из-за столика, расположенного в тени, поднялся тот самый парень в толстовке, словно он специально меня поджидал. Я громко выдохнула, прижав руку к груди.

Прикинув расстояние от двери до того места, где стоял парень, я гадала, успею ли забежать внутрь, прежде чем он меня догонит? И как я могла быть такой беспечной? Джоуи всегда говорил мне, чтобы ресторан закрывал Гектор. А сейчас я даже не знала, находится ли наш повар ещё в ресторане или уже ушёл.

Я замерла и попыталась разглядеть лицо парня, скрытое под козырьком кепки. Он был высоким и казался сильным, его стройные ноги облегали тёмные джинсы. Если он решит напасть на меня, то я, по крайней мере, смогу попытаться запомнить его внешность. Хотя, стойте… возможно, от этого станет только хуже. Если я хорошенько рассмотрю его, не придётся ли ему меня убить?

Я прекрасно осознавала, что замерла на месте, как перепуганный кролик, но до меня начало медленно доходить, что парень тоже не двигается, и я не чувствовала никакой исходящей от него агрессии. Не то чтобы я была психологом, не считая тех моментов, когда безуспешно пыталась уговорить бабушку вернуться жить в наш дом, чтобы было кому за мной присматривать, но что-то в его нерешительном жесте, когда он поднял руки, заставило меня остаться на месте. Страх боролся с любопытством. Я всё ещё не могла разглядеть его лица. И почему на заднем дворе так темно?

Я уже собиралась заговорить, когда парень поднял руки к своей кепке, остановившись на секунду, словно всё ещё в чём-то сомневался. Затем он быстро ухватился за козырёк и резким движением стащил кепку с головы.

Уже второй раз за несколько минут у меня перехватило дыхание. Стоявший прямо передо мной мужчина был самым красивым из всех, кого я видела за свои двадцать два года. Его густые тёмно-каштановые волосы, торчавшие в разные стороны, обрамляли удивительное лицо с глазами цвета...

Ну, на самом деле, я не могла разглядеть цвет глаз из-за того, что парень всё ещё оставался в тени. Но я и без этого знала: глубокий серо-зелёный. В течение последних пяти лет я не скрывалась в горах, и мне точно не нужно было сверяться с журнальчиками Джаз, чтобы понять, кто стоит передо мной, Кэри-Энн Батлер, возле «Снаппэр Гриль», за сотни километров от Голливуда, в городке под названием Бухта Батлера, численность населения которого не превышала девяти тысяч человек. Это был не кто иной, как Джек Эверси.