И самое дерьмовое было в данной ситуации, что сейчас мы знали, что копы уже на подходе. Один из них был здесь и ничего не нашёл. Мы понимали, что они обыщут весь клуб и попытаются взять нас, но мы были уверены, что ничего не связывало нас с Рокки. Все данные, которые были получены в этот день, сгорели или же исчезли. Прошло несколько недель, как всё начало успокаиваться. Я был уверен, что копы захотят посетить клубный дом и обыскать всё там, но ничего.

Сейчас мы просто ждали.

После того, как Алмаз снял запрет на изоляцию Принцессы, я не терял времени, чтобы отвезти мою семью побыстрее домой. Я всегда проводил больше времени в моей клубной комнате, чем здесь, но сейчас не мог там больше оставаться. Принцесса просто каждый раз возбуждается, входя в чёртову комнату. И я никак не могу насытиться ею сполна.

Купер самый лучший сын, которого может иметь мужчина. Я даю пинка себе под задницу за каждый пропущенный ранее день с ним, но сейчас не хочу терять ни одной чёртовой секундочки. Принцесса самое лучшее, что могло произойти с этим мальчиком. После всего, что он пережил, она яростно его защищает. Для меня будет сюрпризом, если она позволит пойти ему в школу через несколько лет. Я усмехнулся этой мысли. Она наверняка будет находиться рядом с ним в классе с её чёртовым оружием в руке.

Тряхнув головой и прогоняя мысли прочь, я придвинулся ближе и обнял Принцессу, которая лежала возле меня голая, словно только что родилась. Я исследовал тату на её плече, что заставило мой член сделаться твёрдым. Никто не мог приструнить этого парня, когда он входил в неё.

Когда она повернулась, её глаза медленно окрылись.

— Хей, милый.

Я обожаю слышать её хриплый сексуальный голос, это первая вещь, которой я наслаждаюсь утром.

— Хей.

Я накрыл её губы своими, когда она попыталась отстраниться, затем прижал ещё ближе к себе, чтобы показать, в чём нуждаюсь. Когда она ответила на поцелуй, я медленно опустился ниже.

— Всё в порядке, детка?

Она была на краю, и я знал, что это было связанно с тем откровением и тем, чем она занималась с Рокки, но я не хотел вспоминать об этом дерьме. Будет лучше, если она мне сама всё расскажет, когда будет готова.

— Да, — она обвила своими руками моё тело. — Могу я спросить тебя кое о чём?

— Абсолютно.

— Я не хотела, чтобы кто-то знал о том, что случилось в тюрьме. Но теперь, когда знаешь, ты смирился с этим? — её голос был надрывистым и напряжённым.

— Чёрт, нет, я не смирился с этим. Этот ублюдок не должен был никогда к тебе прикасаться.

Я чувствовал ярость к тому, что с ней произошло, и казалось, что она никогда не исчезнет. Сама мысль об этом заставляет меня хотеть вернуть из мёртвых этого ублюдка для того, чтобы я смог убить его снова.

— Я знаю это. Я имею в виду. Что я использовала своё тело, чтобы получить то, в чём нуждалась.

— Это не твоя долбаная вина, — я отстранился от неё и заглянул ей в глаза. — Я хочу вбить это в твою чёртову головку. Он никогда не прикоснётся к тебе снова. Ни один мужчина, но я буду прикасаться к тебе снова и снова.

Она вздохнула.

— Ну, теперь ты всё обо мне знаешь.

Я знал, это начало войны, вопрос только в том, когда, но не могу просто сказать об этом. Я не могу сказать ей о долбаном дерьме, которое они просто превратили в веселье. И наконец, когда мы собирались взяться за какое-то дерьмо ради клуба, была определённая причина, которая значила многое. А там они делали это просто ради забавы.

Не было никакого способа, чтобы я переложил эти мысли в её прекрасную головку. Во всяком случая, я хотел сам избавиться от них. Просто не мог сделать этого.

Вместо этого я навалился на неё, а она развела свои ноги в стороны, приглашая меня. Я любил это в ней, что она всегда готова для меня, не имеет значения, когда я хотел её.

Проскользнув внутрь, я посмотрел в её красивые глаза, чувствуя в них всю любовь, которую я испытывал к ней, отвечая взаимностью в десятикратном размере. Когда мы дошли до кульминации вместе, я прижал её к себе. Я любил эту женщину каждой частичкой своей души.

Три месяца спустя.

На удивление, всё было довольно тихо. Наша церковь встречала всегда заключительной информацией о проблемах с копами и о том, когда у нас был пробег с Ренсомом. Наша местная полиция не знала об этом дерьме, и мы работаем над тем, чтобы получить кого-то со стороны федералов. Всегда легче сказать, чем сделать, но не невозможно.

Приходила полиция и задавала нам вопросы по поводу Рокки, так его называли. Они заявили, что был анонимный донос, что МК «Опустошение» причастен к исчезновению мужчины. Никто в клубе не говорил ни слова, так что копы подумали, что мы не знали о том, кем был Рокки, и ушли прочь, ничего не сказав. Но мы предупредили всех в клубе, просто чтобы быть уверенными. Каждый раз я очень хорошо заметал следы. Каждый знает о том, насколько я предан клубу. Я не думал ни секунды, когда копы пришли к нам. Это была проверка, пока кто-то из нас не проколется и не разрушит всё. И в это время мы будем готовы.

Не было ничего, что бы могло нанести удар. Это просто был плод нашего воображения. Каждый раз «Проспект» давал неудачные ответы. Ни шпионов, ни информации… Ничего. И не было другого способа, чтобы взять нас. Мы думали, что это было связано с ситуацией Принцессы, но разговоры с Кроликом дали понять, что это был тупик.

Эта встреча была такой же, как и другие.

— Встречаемся с Кроликом в три, — предупредил Алмаз, когда стукнул молотком. Кролик разговаривал с Алмазом последние несколько месяцев, но это была первая встреча после того, как мы сдали Лив и заключили нашу сделку. Дела с Кроликом продвигались хорошо, прибавилось больше работы и денег в клубе. Но мы всегда были бдительны насчёт него. Хотелось мести за те выстрелы, которые произошли у дома Попса, и они должны были понести ответственность, но в настоящее время мы держали это как запасной план.