Мне безумно хотелось, чтобы она отдала мне себя добровольно, чтобы мне она дарила свою душу и тело добровольно, но, к сожалению, это было односторонним желанием.

Чудовище — этим словом она назвала меня накануне и была права. И если она не хочет быть моей добровольно, то я ее заставлю. Подчиню себе. Сломаю ее сопротивление. Так или иначе, Криста Паркер будет моей, хочет она того или нет.

Впереди меня вновь шел знакомый и молчаливый провожатый.

— Куда вы меня ведете? — настороженно поинтересовалась я.

В ответ тишина. Опять. Он всегда молчит. И это ужасно раздражает.

— Слушай, ты что издеваешься? Сложно слово сказать? — разозлилась я.

Но вместо этого он подвел меня к очередной двери, открыл ее и сделал жест зайти. Я переступила порог и замерла, оглядываясь. Вокруг царила привычная для этого дома роскошь. Мебель, шторы, ковры — все было выполнено в красно-золотых тонах. «Похоже на будуар шлюхи» — мелькнула мысль. И, в самом деле, несмотря на роскошь, вокруг, комната мне не нравилась. Слишком броско и пошло.

В помещении я была одна. Что дальше?

Три дня я жила в относительном спокойствии. Три раза в день меня кормили, дважды водили в ванную. Остальное время я сидела в одиночестве. Мой мучитель не появлялся, чему я была несказанно рада. Но это и пугало. Он, скорее всего, что-то задумал, и я терялась в пугающих догадках, что именно.

И вот теперь меня привели в эту безвкусно оформленную комнату, это могло означать лишь одно — этот козел решил воплотить в жизнь одну из своих грязных задумок. Но что конкретно у него на уме?

Неподалеку от огромной кровати я заметила небольшой столик, на котором стояли вино, фрукты и еще какая-то еда. Есть хотелось ужасно, и пришлось приложить усилие, чтобы не наброситься на эту роскошь.

Я сидела и ждала, сама не знаю чего. С каждой минутой напряжение возрастало, и я буквально подпрыгнула на месте, услышав, как хлопнула дверь.

Настороженным взглядом я окинула Адриана, который при ярком свете в простых джинсах и футболке, обтягивающей красивое тело, казался особенно хорош. Как бы я не ненавидела этого мужчину, но отрицать его физическую привлекательность было невозможно. Жаль, что его красота лишь внешняя, внутри он был мерзким чудовищем, лишенным души.

— Почему ты не ешь?

— Что ты задумал?

Вопросы прозвучали одновременно, и мужчина улыбнулся уголками губ, я же насторожилась. Ленивой и грациозной походкой он подошел к кровати и, придвинув столик, сел и начал есть.

— Присоединишься? — спросил он.

Есть хотелось зверски, но инстинкты требовали быть настороже, и поэтому я отрицательно помотала головой.

— Как хочешь, — пожал он плечами. — Хотя, знаешь, очень вкусно. Может, все же съешь кусочек? — продолжал он соблазнять меня.

Я переминалась с ноги на ногу, не зная, что предпринять. В конечном итоге, осторожными шажками я приблизилась к кровати и села на самый краешек, как можно дальше от Адриана. Не на секунду не упуская мужчину из вида, я жевала салат. Напряжение сводило меня с ума, в то время, как мужчина всем своим видом выражал расслабленность.

— Может, уже скажешь, какую гадость задумал на этот раз? — не выдержала я в итоге.

— Почему же сразу задумал гадость? — поинтересовался он. — Может, я просто решил поужинать в компании красивой девушки.

Его комплимент ни как на меня не подействовал, и я не удержалась:

— Если бы на твоем месте был кто-нибудь другой, я бы возможно и поверила, но это же ты. Ты не чего не делаешь, не преследуя своих личных, грязных целей.

— Криста, — закатил глаза мужчина, — Ну, почему ты не можешь хоть на миг спрятать свои иголки и спокойно поужинать?

Я решила не отвечать, дабы не накалять обстановку, и молча продолжила есть.

— Вина для дамы, — протянул он мне бокал.

— Оно отравлено? — съязвила я.

— Как бы удивительно это не было, но нет. Зачем мне это? — вскинул он красивую бровь.

Множество колких ответов крутились на языке, но я решила смолчать. Я уже усвоила, что язык мой — враг мой. Именно моя вспыльчивость уже неоднократно усугубляла ситуацию. Остаток ужина прошел в гробовой тишине.

— Нравится комната? — услышала я голос своего мучителя.

— Не особенно. Я думала, у тебя больше вкуса, — отозвалась я. — Вычурно, очень смахивает на будуар шлюхи, — озвучила я ассоциацию, недавно пришедшую мне на ум.