Шрифт:
Отреагировала не сразу.
– Маргарита Павловна...?
– А, все в порядке, Сергей Иваныч, - она даже смогла улыбнуться, - Все в порядке.
Пожилой коллега сочувственно и понимающе улыбнулся и проговорил:
– Я понимаю, воспоминания не спрашивают, когда им приходить... Вы так молоды, ваш муж и вы... Вы ведь были очень близки...
– Да, - ответила Рита, а сама думала, - Ничего ты не понимаешь, мужик! Ничего! Знал бы ты вообще, о ком я думаю и что вспоминаю...
– Вам бы отпуск взять, съездить куда-нибудь. Развеяться.
– Я подумаю, спасибо.
Коллега отвернулся, поняв, что больше Маргарита Павловна говорить не намерена, а она принялась за работу. Однако этот разговор дал почувствовать, что ее состояние отнюдь не секрет для окружающих, и если она не возьмет себя в руки, пойдут лишние разговоры.
***
С месяц примерно Рите удавалось избегать всяческих, даже случайных контактов с новым шефом. Это было не сложно, в конце концов, отдел большой, а она обычный маленький сотрудник, если сидеть на месте, погрузившись в работу, можно вовсе не заметить, существует ли она вообще. Конечно, грызла досада и разочарование, но сон - не явь. Сон не явь, и слава Богу! Но разочарование довлело над остальными чувствами, заставляя забыть обо всем. О смерти, о Костике, о собственном чувстве вины, превращая ее жизнь в какой-то кошмарный коридор.
Этот мужчина не тот, не ОН. Не ОН. Очень жестоко было судьбе послать ей его сейчас. Темный коридор, и нет никакого света в конце.
И ей не снились сны. Точнее снились. Но она была в них одна. И опять бродила. То берег океана, то снежная пустыня, а то песок. Всегда одна.
То, что у нее махровая депрессия, Рита поняла сразу. Сходила к врачу, накупила таблеток. Сны теперь не снились, но это было еще хуже. Как если бы ее отлучили от чего-то, что составляет половину ее жизни. Пусть не саму приятную, но и жить без этого очень тяжко.
Глава 6.
А потом ее вызвали к адвокату.
Какое-то наследство. От Костика. Какое наследство...?
Письмо пришло вечером, на встречу ей надо было прийти завтра к 11 утра. Рита проплакала полночи, потом уснула тяжелым, мучительным сном. В этом сне она была не одна. Рита даже не могла точно сказать, где была и что видела, скорее чувствовала. Чувствовала рядом ту смутную фигуру, что ей приходилось видеть в снах и раньше. Страдание. Она могла ощутить страдание, исходившее от... Но кто это? Кто? Не важно. Кто бы это ни был, он мучился, и он о чем-то знал. О чем-то важном.
***
К 11-ти часам Маргарита Троепольцева была в приемной адвоката, ожидая, когда ее пригласят войти. Секретарь вызвала ее и она вошла. Адвокат чуть привстал, поприветствовать, пригласил сесть в одно из двух кресел с высокой спинкой, что стояли перед его столом. Рита сразу обратила внимание, что в соседнем кресле кто-то сидит. Мужчина. Она не стала его разглядывать, в конце концов, это не прилично. Просто села и стала слушать, что говорит адвокат.
Слушала, как этот... Господи... Костик, дурень малолетний... Господи... Это ж надо, в двадцать один год завещание написать... Еще и не поженились даже, а он уже все, что имел, ей оставил. Как будто знал...
Рита заплакала горькими слезами.
Но, оказалось, это еще не все. Оказалось, у Костика был дом. Странно... Он никогда не упоминал... Ах, сам не знал... Узнал за неделю до смерти... Получил в наследство. А она наследница мужа...
Адвокат вежливо подождал, пока она немного успокоится и вытрет слезы. Потом стал говорить, что Константин Троепольцев не единственный наследник, что есть еще одни, а наследство в равных долях. Рита уже успокоилась, приступ острой тоски прошел, она готова была слушать дальше все необходимые формальности. Хотя и не представляла себе, что будет с этим домом делать. Точнее, с 1/2 частью дома. Тут адвокат начал говорить что-то о втором наследнике, Рита попыталась сосредоточиться.
– Маргарита Павловна Троепольцева, - она согласно кивнула, - Познакомьтесь. Николай Маркович Васильев, второй наследник, кстати, дальний родственник вашего мужа.
И в этот момент мужчина повернулся.
– Мы знакомы, работаем в одной фирме, - этот голос...
Рита упала в обморок.
Пришла в себя быстро, вокруг хлопотала секретарша, приводя ее в чувство, адвокат обеспокоено хмурился. Рита поблагодарила, пряча глаза:
– Спасибо, мне лучше.
– Простите, не думал, что это на вас так подействует, - адвокат был взволнован, - Но дело есть дело...
– Ничего, я в порядке.
Потом они подписывали какие-то бумаги, адвокат выдал комплекты ключей, так сказать, для ознакомления.
– Примите мои соболезнования в вашем горе, - проговорил этот мужчина, Николай, - Простите, когда встретил вас на работе, я даже не подозревал, что вы жена... Простите, вдова Кости. Думал, возможно, однофамилица. Простите, что не уделил вам должного внимания.
Рита готова была умереть, только кивнула головой в ответ, отводя глаза. А тот продолжал: