Каноэ пристало к берегу, и все смущенно замолчали. Никто точно не знал, что нужно говорить. Один Твикенгем стоял с видом хозяина положения. Буфо же, казалось, немного нервничал, и Профессор выглядел точно так же. Дули же бросился к Эскарготу, видимо намереваясь обнять его, но в последний момент остановился и лишь протянул ему руку. Тот крепко пожал ее.

– Ты неплохо выглядишь, парень. Смотрю, ты пришел со своими друзьями. Господин Твикенгем, – произнес он и пожал руку эльфу. – И Артемис Вурцл, если мне не изменяет зрение. Много времени прошло, сэр.

Профессор с некоторым раздражением пожал ему руку и согласился с последним высказыванием.

– Простите меня за внешний вид, – сказал Эскаргот, – но последние два месяца я провел здесь, в гавани, и у меня ни разу не возникало нужды делать что-то с учетом мнения общества. А гостей, как вы понимаете, я не ждал.

Твикенгем кивнул:

– Дули рассказал нам, что вы… что у вас, вероятно, есть какие-то основания верить, что надвигается что-то нехорошее. И это что-то идет вверх по реке. И что вы вместе с ним могли бы совершить небольшое путешествие на Острова.

– Да, точно. Все верно, – сказал Эскаргот, который, видимо, почувствовал некоторую неловкость. – Что-то нехорошее, вы сказали? Вверх по реке?

– Именно так, – произнес Твикенгем. – Некий гном —его имя Шелзнак – завладел тем, что не должен был иметь.

– И поэтому все это случилось, да? – спросил Эскаргот.

Прежде чем ответить, Твикенгем, казалось, тщательно обдумывал свои слова. Он мог бы добиться цели, подойдя к вопросу со всей суровостью, а может быть, и нет. Он мог бы подойти с патриотической точки зрения и воззвать к чувству долга Эскаргота. Но он не был уверен в том, что у Эскаргота есть хоть какое-нибудь чувство долга или что патриотизм волнует его хотя бы на грош. Можно было бы, конечно, использовать Дули, чтобы убедить старика Эскаргота помочь им, но это казалось ему чем-то плохим, нечестным. Но, как оказалось, Эскаргот вообще не нуждался в убеждениях.

– Вы, кажется, видели, как я плавал на своей субмарине по лагуне, – произнес Эскаргот.

– Как вы выплывали из лагуны, – уточнил Буфо.

– Пусть так, – продолжал Эскаргот, – Я проверял работу клапанов и портов. Субмарина должна быть в полном порядке, если мне придется оставить ее на всю зиму. Не хотелось бы, знаете ли, вернуться сюда в апреле и застать ее на дне лагуны.

– Как это? – спросил Джонатан, который был рад не обращать внимания на то, что старик лгал. – И она выдержит?

– Как королева. Я не был в верховьях уже около года. Я бы прогулялся туда. Странно, что вы, парни, появились здесь именно сегодня. Завтра было бы уже поздно.

– Да уж, наверное. – Буфо хитро взглянул на Профессора.

Твикенгем заметил, что преимущество на его стороне.

– Вероятно, господин Эскаргот, вы привыкли сочетать приятное с полезным и потому делаете нам большое одолжение. Его Величество будет очень рад.

– Знаю и с удовольствием помогу. Но от этого путешествия должна быть какая-то выгода.

“Конечно, выгода!” – чуть не крикнул Буфо, которому все это страшно не нравилось. Но Твикенгем бросил на него яростный взгляд и тем самым заставил замолчать. Все шло хорошо, и вставлять палки в колеса было совершенно лишним.

Они подошли к очагу, над которым все еще висела рыба, вернее, то, что от нее осталось, – все мясо распалось на кусочки, которые попадали в огонь, и на вертеле остался один лишь скелет.

– Обед, – сказал Эскаргот, указывая на бренные рыбьи останки.

– Выглядит как еда гоблинов, – заметил Дули. – Похоже на те рыбьи кости, которыми на пристани Ивовый Лес были усеяны все разрушенные дома. Ты бы видел, дедушка. Там везде вокруг побывали гоблины, и превратили жителей в призраков, и все они ходят как сумасшедшие. Все какие-то странные.

– Да ты что? – спросил Эскаргот. – Ты сказал – Ивовый Лес? А как насчет Города У Высокой Башни? Там-то все в порядке, верно?

– Там еще хуже, – вставил Профессор.

– Понятно, – произнес Эскаргот. – Я бы хотел побывать в Высокой Башне. Увидеть, что там.

– Это было бы превосходно, – сказал Твикенгем. – Именно то, что нужно.

Решив этот вопрос, все разбрелись кто куда. Джонатан и Дули загасили огонь, хотя рядом не было ничего, что могло бы загореться, – ничего, кроме рыбьего скелета и вертела. Эскаргот собрал и упаковал свои вещи, отвез их к своей субмарине, а затем спрятал лодку среди камней недалеко от входа в пещеру.

Сквайр и Ветка поедали в это время холодного жареного цыпленка с хлебом – они извлекли его из корзины, в которую Твикенгем уложил съестные припасы.

Ахав перебегал от одного к другому, помогая справиться с едой. Сквайр проделал трудную работу по уменьшению количества еды, но все же ее оставалось еще достаточно много – по крайней мере, каждый мог откусить раз или два на обратном пути к Городу-На-Побережье. Эскаргот съел почти столько же, сколько и Сквайр, – видимо, он был рад пообедать чем-то, кроме рыбы. Он держался простодушно и был в хорошем настроении, даже лучшем, чем все остальные.