Он стоял в коридоре в пяти шагах от них, расставив широко ноги, скрестив руки на груди. Весь его вид вызывал ужас.

Он готов был нанести удар.

И его лицо ужасно, даже убийственно, хмурилось на брата.

Джеф не отступил, наоборот уперся руку в стену рядом с головой Лили. Она нырнула под его руку и прямиком бросилась к Нейту.

Как только она оказалась на расстояние вытянутой руки, он схватил ее и рванул в свою сторону, прижав к напряженному телу.

Она не сопротивлялась ни минуты. Она прижалась к нему и положила руку на его грудь, при этом тяжело дыша.

Джеф и Нейт уставились друг на друга, и казалось смотрели целую вечность.

Потом Джеф сказал:

— Ты должен сказать ей, ты же понимаешь.

Нейт не ответил.

— Если ты не скажешь ей, тогда скажу я, — угрожающе произнес Джеф.

Нейт опять ничего не ответил.

Тогда Джеф перевел глаза на Лили.

— Он усыновлен. Он не был рожден в этой семье.

Лили даже не могла поверить, что усыновление Нейта являлось причиной того, что всем своим видом показывал Джеф. Ее гнев превратился в ярость, причем настолько сильный, что она просто была вне себя.

Лили подалась вперед к Джефу, но не отодвинулась от Нейта ни на дюйм.

— Я знаю. Он уже сообщил мне об этом, — она осталась довольной, что ее голос прозвучал сильно и ровно.

— Держу пари, что он не сообщил тебе всего, — сказал Джеф, не смотря на то, что он был взрослым мужчиной, но вел себя, как мальчишка.

Лили подумала, что сейчас он собирается сообщить ей, что мать Нейта убили. Но она не собиралась давать ему такую возможность. В тот раз, когда Нейт сказал ей об этом, она поняла, что он до сих пор испытывает боль. Поэтому вместо этого, она сказала со всей лояльностью, которая воспитывалась в ней, будучи внучкой Сары и дочерью Ребекки, и живя среди людей прекрасного штата Индиана (потому что Лили до сих пор неприятно от колких замечаний, которые позволили Даниэллы в течение ужина, в ее адрес).

— Я знаю все, что мне необходимо знать.

Как только Лили произнесла эти слова, рука Нейта еще сильнее сжала ее талию, и она приподняла голову, заглянув ему в глаза.

— Я хочу уйти, — требовательно попросила Лили.

Нейт опустил на нее взгляд, в его глазах промелькнуло что-то, что она не смогла понять. Они отправились в гостиную, где все остальные пили кофе, а Джеф так и продолжал стоять на месте.

Одного взгляда на побледневшее и расстроенное лицо Лили было достаточно, чтобы Виктор подскочил со стула, Лаура побледнела. Даниэлла же наблюдала, оценивая создавшуюся ситуацию, с восторгом.

— Что случилось? — спросил Виктор.

— Мы уезжаем, — ответил Нейт.

— Лили, ты выглядишь так, словно увидела привидение. Натаниэль, отведи ее в комнату, я принесу ей выпить, — сказала Лаура, медленно поднимаясь с места.

— Мы уезжаем, — непримиримо повторил Нейт.

— Что случилось? — снова спросил Виктор на этот раз жестко.

— А где Джеф? — проворковала Даниэлла.

Моментально глаза Виктора и Лауры посмотрели на Лили, и должно быть они все поняли, потому что Виктор злобно выругался, причем громко.

— Натаниэль, — теперь была очередь Лауры обратится к чувствам. Полная загадка, как у нее такой милой женщины могли родиться такие дети.

— Я позвоню тебе позже, — ответил Нейт и на этом все закончилось, никаких прощаний, ничего. Они просто ушли.

Пока его «Мазерати» гладко урчал мотором по дороге домой, Лили поняла, что он не хотел обсуждать произошедшее, но она не могла терпеть, потому что очень злилась.

— Мне жаль, что такое способен сказать твой собственный брат, Нейт, и мне совершенно не нравится, Джеф.

Нейт молчал.

Лили продолжила:

— Сразу же, как только я его увидела, он мне не понравился и такого раньше никогда со мной не случалось.

Нейт молчал.

Лили опять продолжила:

— Мне просто не вериться, что он так разговаривал. Что с ним произошло?

Нейт по-прежнему хранил молчание.

Постепенно гнев Лили стал проходить, она не могла долго злиться, если учесть, что Нейт не поддерживал с ней разговора, поэтому замолчала.

Когда они приехали к Нейту домой, он налил себе виски в очень большой и стакан (не предложив ей в этот раз, поскольку знал, что она не будет его пить), Лили тогда заговорила снова.

— Сколько ты слышал из разговора Джефа?

К ее удивлению, он ответил:

— Все.

Лили уставилась на него.

— Ты видел, как он зажал меня в углу? — спросила она в ужасе.

Он залпом опустошил стакан, несмотря на то что стакан был далеко не маленьким, но он выпил все до капли.

— Почему же ты ничего не предпринял? — потребовала она ответа. Она стояла у одного из двух кожаных диванов, находящихся напротив друг друга в его гостиной, а сбоку от них был камин. Ее тело стало напряженным, словно одеревенело.