– Увидимся, – откликнулся Джаред. Ему даже захотелось, чтобы хобгоблин пошел с ними.

Мэллори опять закатила глаза.

Грифону путешествие не нравилось. Его тело натыкалось на все кочки и пеньки, встречавшиеся им по пути, поскольку дети не могли поднять брезент повыше. Иногда приходилось останавливаться и дожидаться, пока Саймон успокоит беднягу, и лишь потом снова тащить. Казалось, путь до дома занял целую вечность.

Оказавшись у сарая, ребята открыли двойные двери у его задней стены и втащили грифона в крайнее конское стойло. Грифон улегся на солому. Саймон опустился на колени и промыл его раны водой. Джаред отыскал пустое ведро, налил туда воды и поставил перед грифоном. Тот с благодарностью начал пить.

Даже Мэллори сменила гнев на милость, нашла где-то траченное молью покрывало и накрыла им раненое животное. Грифон выглядел теперь как настоящий домашний питомец.

Джаред понимал, что принести сюда грифона было безумием, но чувствовал, что уже привязался к нему. Гораздо больше, чем к Пискуну, по крайней мере.

Дома сестра и братья Грейсы оказались очень поздно. Платье Мэллори до сих пор не просохло после падения в ручей, одежда Саймона была вся рваная, на штанах у Джареда виднелись пятна от травы. Кожу на руках у ребят от ладоней до локтей покрывали многочисленные царапины. Но у них по-прежнему была с собой книга и окуляр, а у Саймона появился новый котенок.

А самое главное – все остались живы. С точки зрения Джареда, это было просто замечательно.

Когда они вошли в дом, мама разговаривала по телефону. Лицо ее было мокрым от слез.

– Они пришли! – Мама положила трубку и уставилась на них: – Где вы были? Уже час ночи! – Она вытянула палец в сторону Мэллори: – Как ты можешь быть такой безответственной?

Мэллори посмотрела на Джареда. Саймон тоже повернулся к нему, прижав к груди котенка. Джаред вдруг понял: они ждут, чтобы он придумал что-нибудь в оправдание.

– Ну… на дереве был котенок, – начал Джаред, и Саймон улыбнулся ему. – Вот этот. И Саймон залез на дерево, но котенок испугался. Он побежал по ветке дальше, а Саймон застрял. И тогда я позвал Мэллори.

– И я тоже полезла на дерево, – вступила в разговор Мэллори.

– Да, – подтвердил Джаред. – Она тоже полезла на дерево. А котенок перепрыгнул на соседнее. Саймон опять полез за ним, но ветка сломалась, и он упал в ручей.

– Но у него сухая одежда! – возразила мать.

– Джаред хочет сказать, что это я упала в ручей, – сказала Мэллори.

– А еще в ручей упал мой башмак, – встрял Саймон.

– Да, – продолжал Джаред. – Потом Саймон поймал котенка, но их обоих нужно было снять с дерева и не поцарапаться.

– Возиться пришлось долго, – подтвердил Саймон.

Мама странным взглядом посмотрела на Джареда, но кричать не стала.

– Так Вы, все трое, находитесь под домашним арестом до конца месяца. Никаких игр за пределами дома.

Джаред открыл рот, чтобы поспорить, однако ни одна идея почему-то так и не пришла ему в голову.

Когда ребята поднялись к себе наверх, Джаред сказал:

– Извините. Мне казалось, что я хорошо все придумал…

Мэллори согласно кивнула:

– Трудно было придумать что-нибудь удачнее. Ты же не мог ей объяснить, что произошло на самом деле.

– И откуда только взялись эти гоблины?! – пожал плечами Джаред. – Мы так и не выяснили, чего они хотели.

– «Путеводитель», – хлопнул себя по лбу Саймон. – Я ведь не успел тебе об этом рассказать. Они думали, что он у меня.

– Как же так? Откуда они могли знать, что мы его нашли?

– Может, им Портняжка сказал? – спросила Мэллори.

Джаред покачал головой:

– Ему вообще не хотелось, чтобы мы связывались с этой книгой.

– Тогда как все произошло? – спросила Мэллори со вздохом.

– А что, если кто-то наблюдал за домом, дожидаясь, пока мы найдем книгу?

– Кто-то или что-то, – обеспокоенно добавил Саймон.

– Но зачем?! – Голос Джареда прозвучал несколько громче, чем он рассчитывал. – Что такого важного в этой книге? То есть… Разве эти гоблины могут читать?

Саймон пожал плечами:

– Они не сказали зачем. Просто хотели книгу.

– Портняжка был прав, – сказал Джаред, открывая дверь спальни, которую он делил со своим братом.

Кровать Саймона стояла убранной очень аккуратно – простыни заправлены, покрывала разглажены, подушки взбиты. Постель же Джареда была просто растерзана. Перина свисала вниз, из нее торчали перья. Одеяла разорваны, простыни скомканы.

– Портняжка, – вздохнул Джаред.

– Я же тебе говорила, – сказала Мэллори. – Не надо было отбирать у него ясновидящий камень.