– О, я, кажется, знаю, что нужно сделать, – с надеждой сказала Мэллори. – Солдатики и безделушки тети Люси! Мы можем оставить их ему.

– Я напишу записку. – Саймон перевернул листок бумаги и что-то нацарапал на обороте.

– Что ты пишешь? – спросила Мэллори.

– Извини, – прочел Саймон.

Джаред скептически посмотрел на записку:

– Почему-то я не думаю, что записка и кучка старых игрушек тут помогут.

– Ну, не станет же он вечно на нас сердиться, – пожал плечами Саймон.

Его брат подумал, что именно этого от Портняжки и можно ожидать.

Когда ребята пришли в сарай, Байрон спал, и его покрытые перьями бока равномерно вздымались. Глаза перекатывались вверх и вниз под прикрытыми веками. Саймон прошептал, что будить грифона не стоит, тихо поставил у него перед носом тарелку с мясом и сделал брату и сестре знак возвращаться в дом.

Мэллори предложила поиграть во что-нибудь, но Джаред слишком нервничал для того, чтобы думать о чем-то, кроме Портняжки и «Путеводителя». Он ходил взад и вперед по гостиной, пытаясь сосредоточиться.

Может быть, в записке опять была загадка, в которой содержался ответ на вопрос – где книга? Джаред снова и снова прокручивал в памяти текст, вникая в его смысл.

– Книга не может быть внутри стен. – Мэллори сидела на кушетке, скрестив ноги. – Она слишком большая. Как он ее туда втащит?

– Здесь полно комнат, в которых мы даже не были, – вставил Саймон, садясь рядом с ней.

Джаред резко остановился:

– Подождите. А что, если она у нас на виду? Прямо перед носом?

– Что? – спросил Саймон.

– В комнате Артура! Там столько разных книг, что мы легко можем не заметить «Путеводитель».

– А ведь точно, – сказала Мэллори.

– Да уж, – согласно кивнул Саймон. – И даже если там нет «Путеводителя» – мало ли, что еще мы можем там найти?

Все трое отправились на второй этаж и открыли дверцу шкафа. Джаред пригнулся и через тайный проем проник в библиотеку. Все ее стены, кроме одной, на которой висел портрет Артура, были увешаны книжными полками. Даже после их многочисленных визитов в библиотеку полки по-прежнему покрывала пыль – свидетельство того, что книги давно не трогали.

Мэллори и Саймон пролезли вслед за ним.

– Откуда начнем? – спросил Саймон, оглядываясь.

– Так. Ты давай исследуй стол, – распорядилась Мэллори. – Джаред, тебе вот эти полки, а мне вот эти.

Джаред кивнул и попытался смахнуть пыль с первой полки. Книги казались ему такими же странными, как и в прошлые визиты. «Физиогномика крыльев», «Влияние ступенек на мускулатуру», «Яды мира», «Изучение драконита». Но когда Джаред впервые смотрел на них, он испытал что-то вроде восторга, которого сейчас вовсе не чувствовал. Сейчас он не чувствовал ничего. Книга исчезла, Портняжка издевался над ним, а Артур оказался не тем, за кого Джаред его принимал. Волшебный ореол слетел с их предка, и Джаред был глубоко разочарован.

Он посмотрел на портрет, висевший на стене. Сейчас Артур даже не казался ему симпатичным. Тонкие губы, морщина между бровями, которую теперь Джаред истолковал как знак раздражения… Может быть, в момент написания портрета этот человек уже думал о том, чтобы оставить свою семью.

Мальчик почувствовал, что перед глазами у него темнеет, как будто он вот-вот заплачет. Глупо было плакать о том, кого он никогда не видел, но Джаред ничего не мог с собой поделать.

– Это ты рисовал? – спросил Саймон, стоявший у стола.

Джаред вытер лицо рукавом, надеясь, что брат не заметит его слезы.

– Выброси.

– Нет, – сказал Саймон. – Очень хороший портрет. Похоже на папу.

Джаред подошел к столу, собираясь порвать и выбросить рисунок. Научиться рисовать было еще одной дурацкой идеей. Из-за этого над ним издевались в школе – он рисовал в тетради вместо того, чтобы заниматься.

– Мальчики, – позвала Мэллори. – Идите сюда. В руках у сестры было несколько свернутых листов бумаги и длинный металлический тубус.

– Смотрите, – сказала она, разворачивая один из свитков. – Карта.

Ребята склонились над нарисованной карандашом и раскрашенной акварелью картой поместья и окружавшей его территории. Некоторые места не соответствовали действительности – сейчас здесь построили много домов и проложили новые дороги, но большинство мест все еще было узнаваемо. Самым удивительным, однако, оказалось содержание пометок.

Участок леса за их домом был очерчен кругом, внутри которого виднелись какие-то буквы.