От девочек узнал, что Аха сердечник, поэтому босс и забеспокоился – мало ли чего может случиться. Тем более Элла и Багира, по мнению Валерия Владимировича, могли неправильно разобраться в сложившейся ситуации и повести себя неадекватно.

Позже Элла и Багира хвастались перед остальными девушками внушительной суммой денег. Сколько они заработали мне было не интересно. Я понимал, что за три с половиной часа девчонки сумели отхватить столько, сколько «в обычном режиме» пришлось бы работать всю неделю.

Под утро они устроили для всех сабантуй. От крепких напитков я воздержался, довольствовался хорошим чешским пивом.

Ранее, в первый месяц работы, когда внизу, на парковке, произошло убийство, я сделал для себя очень важный вывод: от полученных знаний могут застрелить на месте. Тогда это был администратор сауны.

В те времена девяностые годы хоть и ушли в прошлое, но их отголоски продолжали звучать эхом одиночных выстрелов.

После меня повысили в должности до администратора. Я понимал: главное – молчание. Это молчание конвертировалось в бабло. Его я прилежно отрабатывал. Моя профессиональная репутация укреплялась.

Но всё равно было страшно. Этот страх нарастал.

Чуть позже я познакомился с Верой (она пришла в клуб с подругой, я заметил, девочки здесь впервые). Через месяц мы уже жили вместе. Я влюбился, и меня перестали интересовать другие женщины. А через три года я написал программу, которая изменила ход моей жизни коренным образом. Меня заметили. Ещё бы! С работы я уволился, стал работать в филиале «силиконовой долины», под Севастополем; сам инновационный центр располагался в Сколково. Дома бывал редко, и моя любимая Вера, как показалось, завела любовника. С поличным её поймать не удалось, но это ничего не изменило, мы расстались. На тот момент другое моё изобретение произвело фурор – «чудо печь». В этот период, правда, я вошёл в конфликт с руководством Сколково – потребовал повышения оклада, пошёл на принцип, хотя деньги выплачивались приличные, – и ушёл со скандалом на вольные хлеба.

Валерий Владимирович пригласил вернуться назад. Я отказался. Тогда по непонятным мне причинам он предложил купить у него десять процентов акций ночного клуба. Деньги у меня водились. Это предложение я принял.

Вскоре он заболел (рак лёгких, хотя не курил) и умер.

На похоронах встретил Веру. Это стало неожиданностью. Она была с каким-то парнем. Мне показалось, он выглядел моложе её. С ним я устроил драку, очередной приступ ревности, и получил пиздюлей. Как зачинщик, был взят под стражу полицией и отсидел десять суток в «обезьяннике», заплатил штраф.

Веру больше не встречал. Она пропала. Несостоявшаяся тёща на звонки не отвечала, не поднимала трубку – я думал, ей не сложно подсказать, где дочь, может, что-то случилось, но она с ней была в сговоре; если звонил с незнакомого номера, заслышав мой голос, отключалась. До инцидента на похоронах Вера иногда отвечала на телефонные звонки. Однажды мы договорились и встретились в кафе. После поехали ко мне, хорошенько перепихнулись, и я стал уговаривать её вернуться. Напрасно. Мы поругались окончательно.

В социальных сетях её профиль исчез. Я потерял человека, стало очевидно. Кто-то скажет, это произошло из-за необоснованной ревности. Видимо, да. Но отмечу, эту девушку я любил очень, а ненавидел – не очень. Первое чувство оказалось более сильным, потому что ненависть появилась позже, и она оставалась маленьким воробушком, сидящем на ветке в стороне от крупных птиц.

А теперь присмотритесь. Человеку легче любить (я это пытаюсь делать), чем ненавидеть, если, конечно, не меняются правила игры из-за внешних воздействий, таких, например, как возникшее новое чувство к другому (другой). Те, кто понимают это, гораздо сильней духом. Хотя страдают от этого чаще, чем остальные.

Пятница.

От нахлынувших воспоминаний не находил места. Вечером отправился в клуб.

Ранним утром, когда посетителей почти не осталось, попросил Аллу составить компанию.

– Попаримся?

Она недоверчиво взглянула на меня.

– Траха не будет, я не в том расположении духа, и пригласи кого-нибудь, кто не занят. Точно! Леру пригласи, эту мулаточку, сегодня я видел её в клубе.

– Что с тобой, Костя?

– Заплачу, не беспокойся.

– Ладно…

Без секса не обошлось. Лера сама прильнула ко мне, её разгорячённое тело возбудило, член налился кровью. Я расставил ноги, Лера взобралась сверху, лицом к лицу. Потом она соскочила, пролепетав:

– Презерватив…

– Постой, к чёрту резинку, – сказал я. – Доплачу, сколько скажешь.

Алла находилась рядом. Видимо, обещание заплатить заставило её присоединиться. Я не возражал.

– Он не жадный, – уточнила она.

Когда сдержаться было не в моих силах, приподнял Леру и обрушил струю спермы Алле на грудь.