– Ну, чтобы вам было более понятно, скажем так… Мышца – это тот же механизм, который выполняет свою функцию. У неё есть определённая программа, поступающая из мозга в виде нейроимпульсов. В результате работы таких программ в головном мозге возникают сигналы, вызывающие сокращение группы мышц. Таким образом, происходит не только движение конечностей, но и сложные двигательные акты. То есть наша тренировка есть не что иное, как целенаправленное совершенствование нашего мозга а, следовательно, и наших мышц. Смысл заключается в том, что чем лучше и быстрее работает «натренированный» мозг, тем лучше и быстрее работают мышцы.

– А вот насчёт высшего мастерства спортсменов в боевых искусствах, – вступил в беседу Костя. – Я где-то читал, что мастера даже не успевают подумать, как уже наносят удар. Это как происходит и почему?

– Да, ребята. Вы затрагиваете такую серьёзную тему… Но постараюсь вкратце объяснить… Весь фокус заключается не в том, чтобы просто натренировать свои мышцы, а в том, чтобы представить конкретную ситуацию, образ соперника. И самое главное – чётко знать при этом, куда ты бьёшь, в какую ткань, что при этом происходит внутри того организма, какова сила удара и так далее. Если человек наносит удар просто так, чтобы его наработать, то все его старания до лампочки! Настоящий боец, работая на макиваре, в первую очередь работает с образом. Он реально представляет, как соперник открывается, и в этот момент наносит удар, осознавая при этом его возможные последствия. То есть он тренирует свой мозг.

– А что при этом происходит в мозге? – спросил кто-то из старших парней.

– Мозг через зрительное восприятие оценивает ситуацию, анализируя её, и принимает решение. Затем он передаёт эту команду в мозжечок, то есть в двигательный центр. А из него, уже через нервы, поступает соответствующий сигнал в мышцы. Вся эта деятельность фиксируется в памяти. Затем, в бою, у бойца неосознанно срабатывает эта память, но уже без всех сложных цепочек анализа и команд в мозге. То есть соперник только открылся, а у мастера уже идёт непроизвольное движение. Скажем так, это просто уже другая работа психики, другая работа иннервации, другая работа головного мозга.

– Это как бы идёт на подсознательном уровне, с физиологической точки зрения? – блеснул своей эрудицией Костик.

– Совершенно верно. Сложные рефлекторные двигательные реакции осуществляются уже на уровне безусловного рефлекса, – с улыбкой произнёс Сэнсэй, а потом добавил: – В школьной программе по анатомии есть такие понятия, как условные и безусловные рефлексы. Безусловные – это генетически заложенные самой природой рефлексы. Именно благодаря им происходит регуляция внутренней среды организма, сохранение особи. А к условным относятся приобретённые рефлексы, в результате накопления опыта, новых навыков. Но и они создаются на базе безусловных рефлексов. У человека вообще существует масса безусловных рефлексов, связей, реакций, которые осуществляются посредством спинного, заднего и среднего мозга, подкорковых отделов коры больших полушарий и мозжечка…

– Так то, что вы нам вначале рассказали, это и есть большое Искусство? – всё никак не мог успокоиться Андрей.

– Нет. Это всего лишь начальная ступень настоящего мастерства… В большом Искусстве основная работа идёт на предвидение. Это работа эпифиза, который находится над мозжечком в надбугорной области промежуточного мозга.

– А эпифиз – это просто участок белого вещества? – спросил Костя.

– Нет. Это так называемая шишковидная железа, весом всего лишь в один карат. Но она играет огромную роль в жизнедеятельности организма. Это одна из самых загадочных частей головного мозга и человека в целом. К сожалению, пока науке об её истинных функциях ничего не известно.

– А кому известно? – полюбопытствовал Костя.

– Кому надо, тому и известно, – с хитрой улыбкой ответил Сэнсэй, а затем продолжил: – Так вот, работая на предвидение, мастер подсознательно вырабатывает способность улавливать мысли соперника. То есть тот только подумал, что надо нанести удар вот туда-то, как мастер принимает уже контрмеру, и именно такую, которая необходима. Всё это происходит неосознанно, в какое-то мгновенье.

– Интересно, а с такими неосознанными явлениями «мгновенной скорости» сталкиваются только мастера боевых искусств? – задумчиво спросил Андрей.

– Почему? Не только. Многие люди очень часто в жизни сталкиваются с этими явлениями психики. У одних это происходит из-за долгих специальных тренировок. К примеру, взять тех же циркачей, которые ловят на огромной скорости ножи, стрелы и тому подобное. Другие люди на себе ощущали действие таких безусловных рефлексов в жизни. Скажем, когда человека что-то или кто-то сильно напугает, та же собака. Он может мгновенно выполнить серию движений. И только потом, уже минуя опасность, осознаёт, насколько быстро он это сделал. Эта способность заложена изначально в человеке. Иначе бы он не выжил в те далёкие времена, когда спасался бегством от мамонта, саблезубого тигра или другого хищника.

Мы стояли молча, завороженные рассказом Сэнсэя. В этот момент в дверь кто-то постучал. От неожиданности всё внутри меня сжалось на какую-то секунду. Время-то уже было не для вечерних прогулок. Сэнсэй спокойно подошёл и открыл дверь, под бдительными взглядами нашей компании.

– О, хорошо, что я тебя застал, – пожав руку, поприветствовал его какой-то мужчина. – А то уже думал ехать к тебе домой. Тут такое дело…

– Сейчас, подожди минуточку, – сказал Сэнсэй, и уже обратившись к нам, произнёс: