— Жаль, не удалось. Но я ведь еще не спрашивал у огров.

— Ну что ж, отдохнем, а потом решим, что делать дальше.

Эхс был счастлив, что вновь оказался среди своих, но мысли о Розе, о ее способе просить прощения не давали ему покоя. Он вернулся из гипнотыквы, с телом его все оказалось в порядке, а вот с душой что-то произошло. Ему очень хотелось с кем-то обо всем этом поговорить.

— Хорошая девушка, красивая, — словно читая его мысли, сказала вдруг Чекс. — Но она ведь не из твоего мира, Эхс.

Чекс мчалась на юг, унося на своей спине Косто. Кентаврица спешила к своему отцу, а скелет пешком бы за ней не поспел.

В общем-то, Косто сейчас и не был похож на скелет. Благодаря стараниям Ветошки он получил приличный, гробового цвета (то есть сшитый из коры гробового дерева) костюм, пару крепких ботинок и черные перчатки с перчаточного куста; под всем эти надежно спрятались его белые костяшки. Череп удалось замаскировать котелком, а шею — шарфом. Ни дать ни взять — элегантный господин.

Итак, накануне вечером было решено, кто с кем пойдет: Ветошка, Роза и Эхс — в одну сторону, Чекс и Косто — в другую. Копуша отправился в одиночку, потому что никто не решился лезть вместе с ним в подземный тоннель. Может, в этот раз им повезет, и они отыщут помощь для копуш. Договорились, что снова все встретятся через семь дней, условились и о месте встречи. Рано или поздно, но Люблю-река и Долина копуш вновь станут свободными!

Чекс и Косто мчались пока вместе, но их тандем довольно скоро мог распасться; как только встретится им путник, способный увидеть через глазок гапнотыквы Сад Призраков, — Косто сразу же перенесется в Мир-По-Ту-Сторону. Но встреча эта пока не состоялась, и у них было время поговорить. Чекс, как и все кентавры, очень интересовалась всем из ряда вон выходящим.

— Как же у вас, скелетов, получается не распадаться? — поинтересовалась она.

— При помощи особой магии, — пояснил Косто. — Кости ножных пальцев присоединяются к костям ступни, те — к костям лодыжки, лодыжка к голени и так далее, так далее…

— А, «и так далее».., понимаю, — сказала Чекс, несколько сбитая с толка. — И та же магия оживляет вас, да? — продолжала расспрашивать она.

— Да, — сказал скелет и в свою очередь спросил; — А тебе не жарко под такой кучей плоти?

— Мы привыкли, — с легкой ухмылкой ответила Чекс. — А вот у тебя, вижу, нет ни языка, ни голосовых связок, ни легких. Как же ты говоришь?

— Тут тоже магия. Ну и учиться, конечно, приходится с детства.

— С детства? Так у вас и дети есть?

— А ты как думала? Что, мы из воздуха получаемся?

— Я думала, из останков когда-то живших людей, — удивленно произнесла Чекс.

— Из останков? Ну и фантазия у тебя!

— Ты не обижайся, Косто, — поспешила оправдаться Чекс. — Мы все-таки в разных мирах живем, так что все друг о друге знать не можем…

— Нет, я не обижаюсь, — успокоил ее скелет. — Конечно, ты не знала. Потому и спросила.

Потом Чекс вспомнила, что Эхс рассказывал о каких-то извинениях, о каких-то поцелуях. Только она так и не поняла, с кем же он целовался там, в гипнотыкве. И решила выяснить это теперь, окольным путем.

— А целоваться скелеты умеют? — спросила она.

— Нет, среди нас поцелуи не приняты. В знак любви и дружбы мы просто стукаемся черепами.

— Но это же больно!

— Больно? — удивился Косто.

И Чекс поняла, что боль неведома скелетам, существам, лишенным плоти.

— Ну а если, допустим, скелет обидит какое-нибудь другое существо, то в знак прощения он что сделает — поцелует это существо или стукнет черепом?

— Скелеты никого не обижают, — гордо произнес Косто.

И Чекс решила пустить вопросы по иному руслу.

— Ты сказал, у вас есть дети. Как же они получаются?

— Очень просто. Супруг-скелет жарко обнимает свою супругу так, что она разлетается на мелкие кусочки. Потом он отбирает самые мелкие кусочки, то есть косточки, и из них собирает малыша.

— А как же супруга? Остается без костей?

— Ну хорошо, тогда я задам встречный вопрос, — сказал Косто. — Каким способом вы, плотские существа, размножаетесь?

— При помощи семян, — просто ответила Чекс. — Супруг бросает в свою супругу семя, из ее же плоти образуется младенец.

— Из ее же плоти? — уточнил Косто. — Так что, она остается без плоти?

И тут Чекс окончательно убедилась, что Косто чрезвычайно умен.

Вскоре они достигли той местности, где любил бывать отец Чекс, гиппогриф Ксант. И они его нашли. Гиппогриф как раз дремал. Это был кентавр, но с золотистой головой хищной птицы гриф и с крыльями. Ксант был уже немолод, но мускулистое тело крылатого чудовища оставалось при нем.